– Я возьму, – заявила Ренни, направляясь к нему. – А вы лезьте в машину.
Когда она проходила мимо него, ему захотелось отсалютовать ей, но в последнюю секунду он передумал.
Разумеется, ее прикид не имел ничего общего с военной выправкой. На ней была красная майка вроде той, в которой она спала, узкие обтягивающие зад джинсы и ковбойские сапоги. Распущенные волосы спутаны. Он догадался, что шум в конюшне заставил ее выскочить из постели и наспех натянуть джинсы и сапоги. Как бы то ни было, такой вид заслужил его одобрение.
Пролезть под проволокой днем было лишь немного легче, чем ночью. Когда Вик добрался до пикапа и умудрился сесть на сиденье, его прошиб холодный пот и охватила крупная дрожь.
Ренни вернулась с его сумкой и без лишних церемоний швырнула ее назад, туда, где покоилась рысь. Она села в машину. Заметив, что Вик смотрит назад, она спросила:
– Что-то не так?
– Нет. Просто радуюсь, что вы не швырнули меня туда вместе с сумкой.
– Была такая мысль.
– А как насчет моей машины?
– Я привезла канистру с бензином.
Ренни не стала делиться с ним планами по поводу его пикапа, а он не стал больше ничего спрашивать. Она выехала на дорогу и проехала не меньше мили, прежде чем сказала:
– Я знаю, доктор Шугармен вас не выписывал.
– Слушайте, где он купил все эти зубы?
– Вы просто ушли? – пропустила она мимо ушей его выпад.
– Гмм, – предпочел не уточнять Вик.
– А охрана?
– Не хотел бы я быть на их месте, когда Орен узнает, что я ушел.
– Он не знает?
– Сейчас уже, может, и знает.
– Он расстроится?
– Просто выйдет из себя. – Вик представил себе картину и усмехнулся.
– Потому что он знает, что вам следовало бы пробыть еще хотя бы пару дней в больнице.
– Потому что он знает, что я попытаюсь в одиночку достать Лозадо.
Она резко повернула голову:
– Тогда почему вы явились сюда?
– Найти вас, найти его. Он же не оставит вас в покое, Ренни, и тоже начнет с вашего ранчо.
– Он о нем ничего не знает.
– Узнает. Рано или поздно. Он вас найдет. Он не остановится, пока не найдет. Он слишком много вложил в вас самого себя, своего эго. Он появится здесь.
Больше они ни о чем не говорили. Она остановила пикап около дома поближе к входной двери. Обошла машину и помогла Вику вылезти из нее и подняться по ступенькам на веранду. Открыла дверь и пригласила его в дом.
Они сразу попали в просторную гостиную, обставленную и украшенную с техасским шиком. Навалом кожи и замши, все изысканное и дорогое. Толстые ковры на деревянных полах. Красивые подушки на диванах. Все большое, комфортабельное, приглашающее сесть и расслабиться перед камином, почитать разбросанные журналы. «Разбросанные?» – удивился про себя Вик.
В углу стояло мексиканское седло из черной кожи ручной выделки с кучей всяких серебряных прибамбасов – на манер ценной скульптуры. На стене висела полосатая попона. Вик сразу в нее влюбился.
– Очень мило.
– Спасибо.
– И на вас не похоже.
Она встретилась с ним взглядом.
– Именно похоже. Вы есть хотите?
– Я уж подумывал, не отгрызть ли чего у рыси.
– Тогда идите сюда.
Она привела его на кухню, где было еще больше сюрпризов. В центре располагался рабочий островок с открытыми полками снизу. Сверху небольшая медная раковина, где лежали красные и зеленые яблоки, чтобы стекала вода после мытья. Над головой на железной перекладине висели кастрюли и сковородки. На столе стояла открытая коробка с печеньем.
– Суп или овсянка?
Превозмогая боль, Вик уселся на стул у круглого деревянного стола.
– И все?
– Ну, еще рысь, если вы так проголодались. Но тут уж управляйтесь сами.
– А какой суп?
Это оказался картофельный суп, но Вик никогда не ел ничего вкуснее. Ренни добавила к готовому супу из банки в равных пропорциях масло и специи, затем сверху насыпала тертого сыра и поставила все в микроволновку, чтобы сыр расплавился. Движения были экономными, выверенными. Как у хирурга.
– Это просто изысканная пища после больничной бурды, – сказал Вик, приканчивая второй тост. – А что на ленч?
– Ленч вы проспите.
– Мне еще рано отдыхать, Ренни. Я сбежал из больницы и едва не подох по дороге не для того, чтобы сразу улечься спать.
– Извините. Это то, что вам требуется, и именно этим вы и займетесь. У меня никогда не было пациента, который бы так скверно выглядел и впоследствии выжил. Мне бы следовало позвонить 911, вызвать «Скорую» и немедленно отправить вас в больницу.