Но чудо страшное, уже на грани смерти,
Таит твоя слюна,
Когда от губ твоих моя душа пьяна,
И в сладострастной круговерти
К реке забвения с тобой летит она.
Дамиан выдыхнул дым и внимательно посмотрел на нее затуманенными карими глазами.
- Как тебе?
Ангелина забросила ногу на ногу и отложила зажигалку, с которой играла, на стол. Ей надоело забавляться огнем, хотя секунду назад она взгляд отвести не могла.
- Как-то невыразительно.
- Нет? - удивился Дамиан.
- Да, ты читаешь очень быстро. А стих отличный. Кто написал?
- Это я Бодлера испортил. Да простит он мне...
- Не сможет. Он же умер.
- Покажи мне, как надо. - он передал книгу девушке.
Ангелина начала отнекиваться, но Дамиан настаивал. В конце концов он вообще решил записать ее на диктофон, чтобы она послушала свой голос. Ангелина возмутилась, что диктофон искажает голос, но Дамиан как-то ее уламал.
Ангелина не хотела, но прочистила горло, настраиваясь, и начала с первой строчки:
- Вино любой кабак, как пышный зал дворцовый...
Послышалось шлепанье босых ног по плитке и Ангелина замолчала. К ним заглянуло сонное пухлое лицо. Иван стоял в трусах и в свободной белой футболке.
- Аа, это вы. - проборматал он так, будто к нему каждый день приходят разные гости и Ангелина в том числе. - Тише пожалуйста.
Иван зевнул и направился обратно в комнату.
Ангелина с Дамианом застыли от неожиданности, после чего переглянулись и прыснули со смеху.
- Так он все таки тут был?! - воскликнул Дамиан, которому это показалось очень забавным.
- Тиишее! - донеслось из дома.
Дамиан, конечно же, взорвался еще более громким смехом. Ангелина приложила палец к губам, шикая на него.
- Видишь, не судьба, - она довольно отложила книгу и придвинулась к нему. - Ты победил.
- А как? Я не хотел побеждать.
- Шшш, давай не будем будить твоего друга, - она заговорила шепотом.
Дамиан последовал ее примеру:
- А что будем делать?
- Не знаю, разговаривать, любить, уважать...
- Друг друга? - он опять взял ее за руку.
- Или поэтов. - улыбнулась она.
- Или музыкантов, - намекнул он на себя.
Ангелина сказала Дамиану, что он очень талантлив. Она обещала ему, что он будет знаменит, как Адриан, если ей удастся уговорить босса послушать его. Дамиан заинтересовался ее предложением, но до конца не верил, а Ангелина продолжала настаивать, что она совершенно серьезно.
- А кем ты там работаешь? - вдруг спросил Дамиан, заинтересованно. - Какой-то агент по поиску артистов или менеджер?
Ангелина смущенно замялась, а потом отшутилась:
- Директором. Что, не видно?
- Мм-то не похожа на директора. - оценивающе присматриваясь к ней, сказал Дамиан. - На директрису больше.
- Ну, спасибо. - фыркнула она, тихо засмеявшись. - Мне уже пора, кстати.
- Останься, - мягко сказал он и это прозвучало очень интимно в этом францезском дворике.
Несмотря на глубокую ночь, воздух был обволакивающе теплым и нежным, как шелк.
- У меня самолет утром.
Он понимающе посмотрел на нее, но не был рад. Ему бы хотелось сидеть вот так до утра, пока совсем не посветлеет и тогда только пойти в кровать.
Они обменялись телефонам и договорились, что обязательно встретятся в Киеве. Ангелина действительно считала, что нашла бриллиант, она не сомневалась, что смотрела на парня объективно. Он был ярким, крутым и каждая фраза в его части песни застревала в голове, чтобы прокрутиться там еще миллион раз. Дамиан был ее шанс заявить о себе.
Ангелина вернулася в отель на такси. Дамиан убедил ее не идти на поезд тем, что дал ей деньги. Уже и вправду светало. Она переоделась в бикини, нацепила черные очки и пошла в бассейн, так как на яхте она была единственной, кто не купался. Солнце еще не палило, но она считала, что эти очки созданы под этот купальник и она их все равно больше ни с чем другим не наденет.
Она чувствовала своим долгом как-то закрепить свое пребывание на Ривьере, перед тем, как возвратиться на холодную родину. Например сделать заплыв.
Ангелина плавно ступала по краю бассейна и пыталась уловить свое отражение в воде, но тщетно. Единственное, что она уловила краем зрения - была фигура в окне. Возможно, ее босс наблюдал за ней, куря очередную сигарету, но она не решилась поднять голову. Ангелина могла только надеяться, что это Виктор Игнатенко, в глубине души ей хотелось показать ему свою фигуру, произведенную годами посещений спортивного зала и йоги. Ангелине хотелось, чтобы он почувствовал желание к ее идеальному телу, чтобы бредил им и хотел, а она бы злобно рассмеялась ему в лицо и напомнила бы ему тот эпизод, когда он упрекнул ее за неуместный флирт. Она шла, злобно улыбаясь, однако, она хорошо понимала, что тешит себя фантазиями.