— Тогда ты точно не можешь его убить. Мы уже и так разрушили его дом.
— Он тебя укусит, — сказал Кингфишер.
— Нет, не укусит. Он…
…Укусил меня.
Зубы были острыми, как иглы. Сжав челюсти вокруг моего предплечья, лисенок стрекотал и визжал, издавая всевозможные странные звуки. Казалось, он хотел убежать и спрятаться, но никак не мог понять, как перестать меня кусать.
Кингфишер уперся острием меча в камень у своих ног и, небрежно опершись на него, наблюдал за происходящим, не испытывая никаких явных чувств по этому поводу.
— Они переносчики всевозможных болезней. Гниение легких, — сказал он. — Шелушение кожи. Какая-нибудь грибковая инфекция, наверняка.
— Ой! Почти до кости, Фишер. Помоги мне!
Кингфишер оттолкнулся от меча и выпрямился. Прищурившись, он посмотрел на стропила над головой.
— Ну… я думаю, это полезный опыт. У наших действий всегда есть последствия. Твой новый пушистый браслет — следствие человеческой слабости. Носи его с гордостью.
Маленький лисенок чихнул, его черные глаза уставились на меня. Если бы у него было выражение лица, то это была бы паника. Он хотел, чтобы я помогла ему, подумала я, но как я могла это сделать, если он все сильнее сжимал зубами мою руку?
— Отпусти, отпусти, пусти, пусти, пусти, — умоляла я. — Пожалуйста, отпусти. Я не хочу причинять тебе боль. Мне жаль, что мы разрушили твой дом. Я обещаю, что мы построим тебе еще лучше.
— Не надо давать обещаний от моего имени, — вмешался Кингфишер. — Я думаю, из него получится отличная шапка.
Я зарычала на Кингфишера.
Лисенок тоже зарычал.
Как будто мы нашли общий язык, лисенок медленно ослабил хватку на моем предплечье, его челюсти дрожали, как будто он шел против своей природы, отпуская меня. Я стояла, прижимая руку к проколам на коже, пытаясь остановить поток крови. Лисенок бросил на Кингфишера настороженный взгляд и нырнул под мои юбки, скрывшись в складках колышущейся ткани.
— О, смотрите, — заметил Кингфишер. — Наконец-то. Наконец-то нашлось применение всему этому нелепому материалу. Такая милая маленькая куколка в своем милом маленьком платьице, не так ли?
— Эй! Я не хотела его надевать, — огрызнулась я, дергая платье. — Во что я была одета, когда ты меня нашел?
— Много крови. — Фишер задумался. Нахмурился. — Подожди. Кажется, я припоминаю, что частью твоего наряда могли быть кишки.
— Брюки и рубашка, — сухо заметила я. — И пара ботинок на очень хорошей подошве. Ты хоть представляешь, чего мне стоили эти ботинки?
— Дай угадаю. Твоей девственности.
— Пошел ты, Фишер.
— Конечно. — Он ухмыльнулся. — Но боюсь, у меня нет новых ботинок, чтобы обменять их на твое время.
Я бросилась на него, готовая убить, и ахнула, когда почувствовала прикосновение шерсти к своим икрам и вспомнила о маленьком лисенке, которого я приютила. Когти царапнули меня по ноге. Я постаралась не реагировать, но Фишер заметил, как я вздрогнула.
— Боги, — простонал он. — Позволь мне убить его и покончить с этим.
— Нет! Ни в коем случае!
— Хорошо. Ладно. Пусть будет по-твоему. — Он повернулся обратно к тиглю, махнув рукой. В тот же момент под мою юбку проник поток прохладного воздуха, сопровождаемый испуганным тявканьем, и на дальнем конце верстака появилась большая плетеная клетка. Внутри клетки: миска, наполненная водой, небольшая кучка костей, похожих на куриные, и, конечно же, лиса.
— Тебе придется выпустить эту проклятую тварь за пределы дворца. Здесь она не продержится и пяти секунд. Даже в качестве твоей игрушки. А пока она может сидеть здесь и не высовываться, — сказал он, многозначительно посмотрев на клетку. — А ты… — Он снова взмахнул запястьем, и облегающее малиновое платье, в которое Лейн нарядила меня утром, растворилось в воздухе. Впервые за шесть часов я сделала полный, глубокий вдох и чуть не застонала от потока воздуха, наполнившего мои легкие.
На мне была обычная одежда. Моя оде… нет, подождите. Это была не моя одежда. Да, она была похожа, но между одеждой, в которой меня нашел Кингфишер, и этой одеждой были заметные различия. Штаны были толще. Черные, а не грязно-белые. Материал был плотным, но эластичным. Облегающим. Что ж, думаю, я не могла жаловаться на это после того, как была измучена нарядом, который нацепила на меня Лейн. Рубашка была больше похожа на тунику. Черная. Немного длиннее, чем я привыкла. Больше соответствовала моде фей. В ней было так много карманов. На талии был кожаный пояс с многочисленными петлями для инструментов и… оружия? К бедру был пристегнут настоящий нож. Я уставилась на рукоять из черного оникса, пытаясь осмыслить увиденное.