Демеркуризация обходилась в копеечку. Мой внутренний скупердяй снова заставил меня позвонить в МЧС, чтобы спросить о возможности замера воздуха. На что снова услышала:
— Мы таким не занимаемся. Ну, если вам так страшно, уйдите на сутки из дома, а потом возвращайтесь.
— Ну, нет так нет. Будем платить за свои ошибки,— вздохнула я и отключилась.
Справедливости ради скажу, хоть я и не билась в истерике головой о стену, меня тоже эта ситуация напрягала. Нас, стариков, уже не жалко. Но дома кот и маленький ребёнок. Как говорится, лучше перебдеть...
С горя я развела нам с мужем полисорб. А то мы целых 20 минут проторчали на кухне. А я так вообще, корячилась над шариками на тёплом полу, который отключить сразу никто не додумался.
— Твоё здоровье, — стукнула я своим стаканом по стакану мужа и с превеликим отвращением отпила третью часть.
Впервые за вечер муж улыбнулся.
А дальше мы хохотали вдвоём, читая статью химика о том, как не опасна ртуть в градуснике. Настолько «не опасна», что нужно вскрывать полы, если там вдруг есть даже микроскопические щели. Комментарии к статье вообще шедевр. Чего там только не писали. Было интересно почитать. Люди разбивали градусники специально. Носили ртуть в спичечном коробке забавы ради. Некоторые в детстве играли с ней, ведь катать шарики так весело! А кто-то умудрился даже попробовать на зуб. И все живы, здоровы. Вот какой у нас народ крепкий.
Больше всего меня повеселила одна женщина. Я даже процитирую её:
«У ртути накопительный эффект. Ещё каких-то 60–70 лет и вы умрёте».
Если бы был приз за лучший комментарий, он бы точно достался ей. Но смех смехом, а у нас на двоих дочь, желающая спать и мастер демеркуризации в пути.
Совсем недавно муж кидался обидными словами, считая меня чуть ли не единственным человеком во всём мире, разбившим градусник. Он даже спросил у свекрови, и она ответила, что за всю её жизнь никто в её окружение не совершал такого опрометчивого поступка. Но когда супруг начал отговаривать меня отказаться от услуг демеркуризации, сразу выяснилось, что и его сестра, и знакомый разбивали градусник. Реальность, которая меняется от событий вокруг, или двойные стандарты, когда это выгодно?
Спорить со мной бесполезно, когда у меня загорелось. Поэтому, поручив ему укладывать дочь, я ушла встречать сотрудника специализированной службы.
Мужчина зашёл к нам в кухню, предварительно надев бахилы и респиратор. Между нами говоря, он напомнил мне Шэгги из мультфильма Скуби-Ду. Только вместо протонного ранца на спине у него был газоанализатор ртути.
Специалист выключил свет и с фонариком на телефоне обошёл всю кухню. Он пристально вглядывался в каждую точечку на полу. Оказалось, что я очень хорошо потрудилась. После моей уборки он нашёл лишь один небольшой шарик ртути. Затем мужчина завёл прибор и начал измерять фон в помещении, попутно объясняя мне, что норма до 300 нанограммов на кубический метр.
У нас были превышения, но с его слов небольшие. Хотя местами доходило до 700 единиц.
— Три тысячи и выше плохо, а у вас относительно спокойно. Можете хлоркой помыть и забыть,— успокаивал меня сотрудник.
Но я настояла на специальном растворе, чтобы уже наверняка. Состав этого противоядия был довольно простым: йод и медный купорос.
Пока я искала банку, куда можно отлить чудо-средство, специалист обработал место с фоном в 700 нанограмм, и довольно быстро значение упало до 244. Он наглядно продемонстрировал силу могучей жидкости моему мужу. К тому времени супруг уже справился с ролью ночной няньки и оставил на своём посту свекровь.
В моменте мне показалось, что меня надурили, только где именно непонятно.
Но я быстренько прогнала эту мысль, перебивая её другой, будто оправдываясь:
— У нас малышка и кот, потому и суетимся так.
Когда основная часть демеркуризации была завершена, я провела сотрудника до калитки, а затем выпроводила мужа из кухни. Мне надо было разбрызгать средство, дождаться высыхания и помыть полы.
Респиратора дома не оказалось. Даже маски никакой не завалялось в закромах. Времена ковида канули в прошлое, такие драгоценности дома больше не храним.
— Ой, ладно, это же йод, что мне будет, — отмахнулась я безответственно.
А через каких-то 15 минут у меня запершило горло. По привычке я спросила Алису, можно ли пострадать от этой гремучей смеси, будучи уверенной, что нет.