— Может, стоит продать бизнес? Зачем страдать дальше? — с опаской спрашиваю.
— Не буду ругать за тупые вопросы, хотя очень хочется. Продавать надо было в начале, в конфетно-букетный период. Но тогда я слишком много думала о людях и слишком мало о себе. А сейчас корпы в бешенстве. Как только я продам «Сигму», меня убьют, — ставит пустой бокал на тумбу.
— Прости за еще тупой вопрос, но почему они не могут просто отжать мастерские?
— Они могут отжать бетонные коробки с кучей хлама внутри, но не цифровую архитектуру, которая управляет всем процессом в масштабе Луны. Без нее со мной бы и разговаривать не стали, — накрывается одеялом.
Как же много лишнего я сказал тогда, у нее просто железная выдержка. Вдуматься только: две сверх-конторы, поделившие весь мир, не могут продавить одну девушку. Я бы похлопал, если бы не плечо.
Тишина заполняет комнату, как запах вина. Мы неотрывно смотрим на звезды и просто сидим рядом. И кажется, что так должна пройти целая вечность.