Они знали, что, если обманом меня арестуют я не буду применять магию. А теперь я просто не могу ее применить. Неужели все это время, пока я строила из себя обиженного ребенка брат знал, что этим закончится. Он поэтому меня возненавидел? Своей доверчивость я могла подставить нас обоих под удар, поэтому он отстранился.
- Знаешь, когда-то на твоем месте здесь была одна женщина. Ей дали выбор между каплей яда или смертью от голода. Они были уверены, что она выберет яд. Никто не способен так долго страдать, когда есть быстрый выход, пусть и печальный. Но оказывается у нее его не было. Ее хитрость ее же и погубила.
Эти слова меня шокируют, и я резко отскакиваю от клетки, оступаюсь и падаю назад на что-то твердое. Оно гладкое и легко передвигается, я брезгливо одергиваю руку и в мой голове начинает складываться пазл. Нет. Нет. НЕТ. Это не может быть она. Но предательский подлый голосок подсказывает, что я могла коснуться ее костей. Еще чуть-чуть и меня просто вывернет. К горлу подкатывает рвотный позыв, и я зажимаю рот другой рукой. Как страшно ничего не видеть...
Если я сейчас не успокоюсь, то просто сдамся. Закрываю глаза, от них все равно никакого толку... И слушаю, нюхаю запахи и понимаю, что они мне не нравятся. Я их уже где-то ощущала. В память врезается как мы с Антоном в детстве прятались в пещерах. Вот где я! Рядом действительно море и запах такой же, как и тогда.
Интересно граф сам замарает руки или передаст эту обязанность охране? Конечно же он не станет. Я пытаюсь управлять магией незаметно, но ничего не выходит, будто у кукловода отобрали его нити.
Я слышу тяжелый вздох.
- Очень жаль. Я надеялся на воссоединение семьи. Впрочем, было глупо полагать, что твой брат подвергнет ради тебя свою жизнь опасности. Виола будет разочарована.
Я стискиваю челюсти давя желание закричать.
- И что теперь, - я замираю. Слюна скапливается во рту горечью, а зубы начинают стучать будто я на морозе. Впрочем, здесь действительно очень холодно. Нестерпимо. Я не чувствую пальцев ног. Просто сейчас это кажется таким незначительным. Важно только то, что я сейчас услышу и каждый звук остро отражается внутри меня.
- Я долго думал, как стоит это сделать, - его голос задумчивый, а у меня щиплет глаза. - Не хочу, чтобы ты мучилась. Это не к чему.
В воздухе звенит тишина. Уши почти закладывает. Наконец он выносит свой приговор.
- Когда я уйду, подождите пару минут и начинайте. Не хочу слышать крики.
- Что Вы сделаете со мной, - кричу я.
Я хочу знать. Но в ответ тишина.
Слезы наконец выступают наружу, и я пячусь назад, чувствуя, что кто-то ко мне приближается. Во мне срабатывает животный инстинкт и из последних сил пытаюсь прибегнуть к магии, но его только обдувает ветерком. Резко сажусь и шарю руками по полу и стенам, но нарываюсь лишь на какую-то мерзость. Здесь есть почва, но нет ничего твердого. Выпячиваю руки перед собой и пытаюсь слушать.
Он делает шаг и стоит ему приблизиться как я собираю последние силы и пинаю его. Сложно сказать куда приходится удар, но он охает и отступает. Я знаю, что это ненадолго, поэтому бегу в другой угол и натыкаюсь на странный холм, лечу кубарем и чувствую, как ко мне подбегают еще двое. Они крупные, и пыхтят, пока заламывают мне руки. Я пытаюсь кусаться бить головой, куда достаю, кажется, разбиваю кому-то нос.
- Слышь ты, тебе помочь хотят. Уснешь и все. Ни боли, ни страха. Или ты хочешь подыхать от отсутствия воздуха. Какого это, такой как ты, магичка?
От него в нос ударяет каким-то раствором, и я все понимаю и без разъяснений.
Делаю последний рывок и оседаю в руках кого-то сильного и жесткого. Я могу убить их всех. Ведь им нужен кислород, поступающий в мозг. Надо только понять, где он. Как он перемещается с кровью. Надо только.
Не быть собой.
Для этого не нужно много силы. Только концентрация. Я пытаюсь освободить сознание и выдавить из себя максимум. Если бы я тренировалась как говорил брат, научилась бы. Но я слишком доверяла тем, с кем я рядом. Я могла бы убить хотя бы одного. Уж точно не троих. Хотя если бы я начала с графа, возможно, смогла бы. Они испугались бы. Я с горечью понимаю, насколько же я слабая. Пытаюсь осознать, если бы я изначально хладнокровно настроилась, смогла бы сбежать? Нет. Только если еще раньше. С Виолы. Но я не смогла. Я - не они.
На секунду здесь воцаряется тишина. Меня никто не держит, и я жду, когда тело пронзит боль. Каждая клеточка тела ждет. Оно напряжено до предела, и ощущает электрические разряды каждым миллиметром. Чувство страха практически застилает все, оно всепоглощающее, граничащее с отчаяньем и даже смирением. Слезы струйками, сбегавшие по щекам, высыхают.