- Ты идешь искать ее? - голос девушки хоть и кажется равнодушным, но в глазах столько эмоций, которые особенно не помещаются в карамельной радужке.
Я молчу. Не хочу отвечать.
- Это уже и смысла то не имеет, понимаешь ведь, - отвечает она сама себе. - Может в такой ситуации ей лучше и не находиться.
- Антон ушел? - спрашиваю то, что интересно мне.
Она хмурится, что я ее игнорирую, но все же отвечает.
- Ему не дает отец. Сейчас нужно понять, как действовать дальше. Не спровоцировать войну.
Я усмехаюсь, что бы еще их заботило.
Хватаю сумку, накидывая на плечо и выхожу, оставляя Виолу одну в комнате.
Стоит мне только спуститься вниз как чувствуется атмосфера подавленности и загнанности. Едва ли найдется хоть одно живое существо в особняке, которое бы не чувствовало угрозы практически подкожно, толи она текла в венах, толи засела в мышцах, но оставалась там неизменно.
Проходящие мимо слуги косились на меня кто с жалостью, кто с безразличием и я не надеясь на удачу пройти совсем уж незамеченным стараюсь побыстрее испариться с их глаз.
Прохожу последние коридоры и спускаюсь по лестнице больше не смотря по сторонам. Выхожу на улицу и мне в лицо начинает дуть ледяной ветер, который поднимает сам стойку моего воротника и начинает обрызгивать дождевыми каплями еще не сильного, но многообещающего ливня. Не знаю почему, но он слегка успокаивает меня, словно бы только погода в действительности разделяет мое внутреннее состояние и существо.
Я уже собираюсь покинуть дворовую территорию при особняке, как практически у ворот со мной сталкивается мужчина. У него седая борода, но лица совсем не видно, лишь накинутый матовый дождевик с объемным капюшоном, с которого струйками стекает вода. Он что-то бормочет и его голос кажется достаточно молодым и даже знакомым, возможно он работает в особняке, но в темноте я никак не могу разглядеть.
- Простите, - я киваю и уже собираюсь идти, но он меня останавливает, хватая за руку.
- Вы мне не поможете?
- Не думаю, - холодно отвечаю я, явно не желая продолжать разговор, но мужчина не готов меня так быстро отпустить.
- В городе ходит слух, что в особняке не спокойно. А я как на зло пришел просить графа выделить моей семье небольшой кусок угодья с пятьюдесятью процентами дохода от урожая ему на стол. Боюсь теперь что откажет, - его голос озабоченный и нервный.
- Не думаю, что сейчас нужное время, - кидаю я, решая все же ответить, но начиная терять терпение.
Он понятливо кивает.
- Ну да, говорят девушка пропала.
Я пытаюсь рассмотреть откуда я могу его знать, но он стоит спиной к лунному свету, который периодами и вовсе наглухо перекрыт тучами, поэтому сдаюсь и разговариваю с темным пятном.
- У графа сейчас иные заботы, - цежу я чувствуя, как вена на шее вздулась и начала ускоренно пульсировать.
- Да, что же, очень не кстати. А какие заботы, простите мое любопытство, просто хочу знать, через сколько стоит опять попытать удачу.
Я давлюсь желанием молча уйти, вовсе не отвечая на этот вопрос, но все же произношу, ощущая как каждое слово разъедает мой рот словно щелочь.
- Ричард Фрей умер. Граф занят похоронами.
Слова остаются в воздухе, повисая удушающей пеленой. Чувствую, как глаза начинает щипать, я резко разворачиваюсь и скрываюсь от собеседника, не желая сегодня видеть ни одной живой души.
Когда-то я уже терял отца. Не думал, что почувствую это вновь.
АНТОН
- У тебя есть идеи, где ты будешь ее искать, раз так рвешься, несмотря на свой долг не только перед отцом, но еще и всем графством?! - отец злится. Он всегда такой, когда что-то идет не по его, а сейчас я явно выбивался из общего стада.
Как, впрочем, и Ричард. Умер не по сценарию отца. Какая для него досада, ведь теперь дядя Валери с легкостью воспользуется ситуацией и может напасть. Арест его племянницы, повлекший смерть брата. Редкий глупец не воспользуется данной возможностью.
- Нет, - спокойно отвечаю я, сам же внутри похож на бурный поток океанского течения. Он не узнает ничего от меня.
- Тогда тем более безрассудно, - шипит он, стараясь, чтобы разговор оставался в стенах его кабинета.
- Я могу идти? - мой беспристрастный голос выводит его из себя.
- Что за вздор! Ты должен быть тут, неизвестно как себя поведет Севериан Фрей, узнав обо всем.
Глупо думать, что он будет огорчен смертью брата.
Я чувствую, как начинаю ненавидеть. Не кого-то конкретно. А все что меня окружает, где вся мерзость остается, а лучшее невозможно сохранить.