Дядя, естественно, не приехал, а из кареты вышло одно из его доверенных лиц. Женщина весьма эффектная, с идеальной внешностью, как и все в его окружении, и только разрез лисьих глаз ее слегка портил. Взгляд цепкий, знающий, желающий выслужиться. Она прекрасно осознавала, что единственный стоящий внимания в ее окружении на ближайшие пару дней, пока она будет гостить здесь, это Валериан, однако в силу его возраста, лебезить перед ним было еще слишком рано, поэтому она надела маску высокомерной учтивости и прошествовала к нам, выстроенным как на линейке перед ней. Граф Ричаргерских не посчитал нужным спуститься, что явно слегка поколебало ее гордость и уверенность в собственном превосходстве, но присутствие опоздавшей ненадолго, графини скрасило ее муки самолюбия.
Я должна была заметить, что что-то не так уже тогда, раньше брат бы посмеялся, шепнул бы мне ироничную шутку про ее нелепое желание казаться более важной персоной чем она есть, а может он и вслух бы это заявил. Он и на такое был способен. Но он молчал, был сосредоточен, как пума на охоте.
При виде нашего отца она улыбнулась, видимо слава писателя для нее имела незначительный, но плюс в его копилку авторитета, и она суетливо пожала ему руку.
- Не думал, что Севериан отправит Вас за моим сыном, Валериан мог вполне добраться сам, - голос отца был спокойным, хотя он и пытался выудить из нее информацию.
- Он еще ребенок, - она снисходительно глянула на брата, и видимо этим взглядом наконец вывела брата из оцепенения.
- Вы так думаете? - в голосе Валериана послышались нотки снисходительности и достаточной самоуверенности, чтобы она, сама не заметив того, досадно поджала губы. Видимо о его силе были наслышаны все приближенные нашего дяди.
- На самом деле, причина моего прибытия сюда не Валериан, - переменилась она.
Отец и брат заметно напряглись, а я, наоборот, осталась спокойной, понимая, что будь причина действительно важной, она бы кричала об этом еще со ступеней кареты, как посланник, приносящий дурные вести.
Тут уже подключилась графиня.
- И какова же причина? – сюрпризы ей явно были не по душе, когда их устраивала не она.
- Я привезла подарок для племянников моего графа, - Валериан чуть не прыснул со смеху, смотря как она краснеет, от навязанной ей роли Томптена, дарящего на праздник Йоля подарки, хотя ей бы подошла больше роль богини Хель из царства мертвых на севере, эдакая ледяная королева.
Пока, под ее ярым жестикулированием, слугами выгружался огромный ящик, накрытый тканью, мы умирали от любопытства, а отец от паники. Дядя не дарил подарков, по крайней мере, уж точно не мне.
Когда огромная коробка была выгружена на сырую от дождя землю все затаились в ожидании чего-то необычного, даже графиня, не сводя взгляда следила за происходящим. Оттуда послышалось шевеление и Валериан, сам того не заметив сделал шаг вперед заслоняя меня собой. И когда, наконец, ткань был поднята, мы были настолько поражены, что единственной сохраняющей спокойствие, и то, в силу того, что она явно уже знала, что там, была наша гостья.
Перед нами в клетке сидели детёныши диких рысей. Одна белоснежная как снег с лазурными глазами, другая черная как ночь, с изумрудными. Такие, обитали только в горах Люфьяберга, и вырастали до невероятных размеров, становясь в пять раз больше любого альва. Это был странный подарок для графа Фрейев, да и вообще для кого бы то ни было, кроме Люфьябержцев, которые умея общаться с дикими животными, понимая их язык, могли их подчинять своей воли. Понятное дело, что они были еще детьми…но они ведь вырастут. И несмотря на то, что у меня должны были появиться нехорошие мысли о последствиях, я осторожно подошла поближе, присев на корточки, забыв про приличия, и начала их рассматривать. Их красота просто поражала! Глаза огромные, мех лоснился, а кисточки на ушах были забавные и дергались каждый раз, когда они шевелили ушами.