Учитель учит меня контролю магии на бабочках из бумаги. Мне нужно не просто поднять ее вверх, а равномерно распределять магию на каждое крыло, чтобы в точности повторить ее полет. Выходит - криво и совсем не изящно, поэтому дядя кривит уголок губ и отводит взгляд, словно не понимая, что он вообще тут забыл. От обиды хочется расплакаться, но я лишь прикусываю губу и сосредотачиваюсь сильнее на крыльях.
- Брось ты ее! – рявкает он, и учитель вздрагивает вместе со мной. - Покажи мне настоящую мощь!
Я вспоминаю, то, что вытворяю на море и понимаю, что снесу этот кабинет если покажу всю свою силу. На секунду я мешкаю и краем глаза замечаю брата. Совсем легко, он качает головой из стороны в сторону, и я вспоминаю наш разговор. Никому не показывай свою силу. Я сглатываю, понимая, что услышу в ответ на свои следующие слова, но они вылетают быстрее чем я придумываю себе достойное оправдание.
- Мы это еще не проходили.
-Ты бесполезна! Радуйся, что у тебя такой талантливый брат и ты не останешься на улице! – это словно хлесткая пощечина по лицу. Мне даже, кажется, что щеки горят, хотя он меня не касался. Брат долго смотрит мне в глаза, и я абсолютно не могу угадать, что скрывается за его глубокими глазами и тонкой прямой полоской губ. Но он резко уходит ничего не сказав, оставляя меня в яме, из которой никто не подал мне руку.
Само собой урок окончен, и никто продолжать его не будет. Мне теперь это противно, а учитель в принципе сомневается, что он все еще имеет эту работу. Мы расходимся, не говоря друг другу ни слова, понимая, что никто ни в чем не виноват.
Ноги сами собой ведут меня на поиски отца. Я заглядываю к нему в кабинет, но он занят. Рядом с ним сидит какой-то мужчина, который восторгается его книгой. Я знаю, что подслушивать нехорошо, и мама бы меня за это отругала, но еще пару минут слушаю этого мужчину в сером твидовом костюме и практически лысой головой, об успехе, который ждет отца. Его речи хоть и приторны, но я уверена, что отец очень счастлив. Он сидит ко мне спиной, поэтому я могу лишь констатировать это по расправленным плечам, которые не были в таком положении вот уже полгода.
Если я сейчас расскажу ему все, то они опять вернутся в свое привычное отягощенное положение, словно к ним привяжут с каждой стороны по огромному валуну. Поэтому, пока меня не заметили я на носочках крадусь обратно.
Я не могу пойти к морю, потому что там может тренироваться брат. Не могу понять от чего, но мне дико стыдно перед ним. Парадокс, ведь он так и не объяснил почему мне не стоило показывать силы. Но я все равно понимаю, что в магии ему не ровня, и что опозорила его перед дядей. Он нас приютил, само собой тут не до нежностей. Каждый хочет что-то взамен. За эти полгода, я отчетливо это осознала, и даже приняла. Странно, что тут тебя могут любить только за способности. Дома меня любили просто так.
На самом деле, здесь весь особняк дышит холодом. Мы находимся в самом южном графстве, но стены здесь заледенели от злых взглядов, молчаливой ненависти друг друга и соперничества. Весь особняк выполнен с размахом, для дяди только самое лучшее. Идеальное. Идеальные белые стены, идеальные молочные и черные кожаные диванчики, идеальные рифлёные статные колонны. Подсвечники исключительно из белого золота. Если камни, то только алмазы или бриллианты. Кое-где проскальзывают топазы, но они редкость, лишь дань памяти о моих бабушке и дедушке. Пол мраморный, его никогда не покрывают даже коврами, чтобы не скрывать его гладкой поверхности, поэтому дамы здесь практически летают, пытаясь удержать равновесие на каблуках. Впрочем, никто об этом неудобстве не упомянет при дяде ни при каких обстоятельствах. Дамы его окружают на званых обедах и ужинах, но ни жены, ни детей у него нет. Мама говорила, что ледяное сердце не способно полюбить. Порой мне даже его жаль.