- И она послушала? Его не было почти месяц, пока болел ее отец. Он просто посылал записки нашему папе, что так и не нашел Валериана. Та Валери, которую я знаю убила бы его по приезде.
- Я умею убеждать.
- Интересно послушать. Или может я чего-то не знаю?
- Может Валери влюблена в него, поэтому простила, - Виола сказала это так просто, словно выбирала сорт чая к завтраку.
- Это она тебе сказала? – я подавил желание сжать кулаки, оставив руки висящими безвольно по бокам. В голове пролетела та сцена во дворе. Их разговор с Перлой.
- Нет. Впрочем, я не слепая. В отличии от всех вас. Но вместе они не будут. Я этому не дам случиться, не переживай.
- Виола. Оставь их в покое. Они сами разберутся, если ты права.
- Я сказала, что она влюблена. Я не говорила такого же о нем.
- Что ты хочешь сказать?
- Все очевидно, не находишь? Эрик пропустил ее день рождение, оставил, когда умирал ее отец. Бросил, одну, гоняясь за братом, которого она потеряла. Неужели ты правда думаешь, что он ее любит?
В глубине души я злился на него не меньше самой Валерианы, но позволял ей самой решать, по этому поводу, не вмешиваясь.
- Разве не вы с отцом хотели, чтобы он поехал его искать?
- И что? Ты бы уехал?!
Я прекрасно понимал к чему она клонит, но молчал.
- Не думай об этом. Рано или поздно, девушка достанется тебе, - она улыбнулась и сжала мое плечо.
- Мы с Валери друзья. Жаль если ты этого не хочешь признать до сих пор, - продолжать я не хотел, обрезав диалог на половине.
Я развернулся и уже собирался уходить, но она все же успела крикнуть мне кое-что вдогонку.
- Я знаю, что говорю, надеюсь и ты когда-нибудь сможешь сказать это себе.
Я шел по пустым коридорам, с диким желанием что-нибудь разнести. Но в этом мы с Эриком и различались. Он бы сейчас уже что-нибудь сломал. Я же не имел на это права. Еще в детстве мне внушали, что будущий правитель не имеет прав на гнев, злость, даже на любовь. В гневе невозможно принимать взвешенные решения. Любовь делает тебя слабым. А злость… злость лишает милосердия. Мешает видеть правду.
А правда в том, что я всегда знал, что она в него влюблена. Поэтому я не хотел видеть в ней кого-то кроме друга, я никогда не приглашал ее на бал, потому что знал: она до последнего ждет приглашения, только вот не моего. Но догадываться это одно. А услышать в живую…
Я вышел на улицу. Холодный воздух неплохо выводил из меня ощущение беспомощности, приводя в новое состояние. Сначала я не понял, куда иду, и только когда ноги привели меня в семейный склеп мне стало понятно, что я больше не в состоянии что-либо от нее скрывать. Мне хватает одного секрета, который всегда при мне. Остальное она знать имеет право.
Идея спрятать медальон в семейном склепе показалась нам с ее отцом идеальной. Туда никто не ходил, не убирался, он был на охраняемой территории и тем не менее далеко от особняка, чтобы Валериан не смог его почувствовать.
Дверь была не заперта, и я зашел. Внутри было мерзко. Паутина, запах гнилых цветов, которые, судя по всему, принесли вчера вечером по приказу отца. Никто не додумался поставить их в воду и запах в закрытом небольшом помещения превратился в удушливую вонь.
Я никак не мог понять почему ее отец был в такой панике, когда увидел подобную безделушку. В ней не было ничего особенного, разве что странный состав. Но мы находимся в графстве зелья, возможно ее матери его просто подарили. Или же она во время войны купила его на рынке. Такие товары в то время были не редкость.
Пока ее отец оставался в палате, он просил меня приносить ему книги по истории, древние фолианты, архивные записи. Главное условие, что бы там были зарисовки. Мы потратили на поиски почти месяц, но так ничего и не нашли, потому он уехал к своему брату, надеясь, что в их семейной библиотеке найдется что-то, что он ищет.
Я, конечно, поиски продолжал, но данный медальон нигде не упоминался ни в современной истории, ни в старинных записях. Только вот, чем дольше я искал, тем больше у меня было ощущение, что я его уже где-то видел. Причем не так давно. Это казалось бредом, пока вчера моя мать не показала мне фото своей матери, моей бабушки, и я понял, где. На ее шее висел такой же кулон. И не просто точь-в-точь. Я был уверен, что это был именно он.