А правда была до глупого простой, как бы я не пыталась отрицать это. Мне нравился Эрик, и я собственноручно отвела его к Виоле. Если бы не было так неприятно, я бы засмеялась от абсурдности ситуации.
Долгое время, я делала все чтобы не признаться в этом даже себе самой, но кажется сейчас это уже перестало иметь значение. Как я могла упустить, то, что она ему нравится? Может он прав, и я никогда ничего не замечаю. Но и не доверять словам Ви, оснований у меня нет. Она была влюблена, и как бы искусно она не умела хитрить, тут она говорила правду. От ее взгляда и слов до сих пор были мурашки. Да и стал бы он исчезать с праздника в день ее приезда, будь все иначе.
Мимо начали проходить слуги, косясь на меня, подпирающую дряхлую дверь на входе в учительский домик. Мое первое пристанище в этом графстве. Старинный ключ с наконечником в виде какого-то фолианта неприятно жег руку холодом железа.
Если бы сейчас меня увидела моя семья их мнения определенно бы разделились. Отец бы мной был горд. Для него забота о близких была на первом месте. Дядя искривился бы в брезгливом отвращении. А что бы сделал брат? Не заметил бы? Нет, он замечал все, но всегда молчал. Сейчас он мне был настолько нужен, что я почувствовала себя до отвратительного слабой. Он столько всего натворил, а я все еще помнила его заботу обо мне в раннем детстве. Я хотела бы его ненавидеть, но разве можно ненавидеть, кого любишь так сильно?
Дрожа от холода и стараясь не оборачиваться назад, я устремилась в свою комнату точно зная, что теперь не отступлю. Я выясню, где он, и в этот раз брат уже не сможет от меня спрятаться.
Гости на улице уже разбредались по небольшим группкам, кому-то не хотелось ждать в помещении, а кто-то и вовсе только прибыл, считая, что танцы удел молодежи. Я старалась слиться со стенами особняка, чтобы меня случайно не засосало в одну из их компаний. Сейчас мне хотелось безумно побыть одной. Я осторожными перебежками дошла до комнаты, радуясь тому, что меня не встретила ни графиня, ни Антон, ни кто-либо из подруг. Все странным образом испарились, давая мне время на передышку.
В комнате оказалось открыто окно, поэтому холодный воздух впитался в мебель, делая ее совсем неуютной. Однако, это не освобождало меня от необходимости переодеться к ужину, так как платье на мне для этого не подходило. Но все же, первое, что я сделала, это подошла к книжному шкафу и вытащила утреннюю "черную кошку" - письмо графа, которое я весь день игнорировала. В нем не было ничего важного, но любое упоминание о брате возвращало меня в ту ночь, словно клешнями вспарывая мои внутренности. Невидимыми, но от этого не менее реальными. В нем значилось следующее:
Дорогая Валериана. Хочу сообщить о том, что на сегодняшнем вечере будут присутствовать послы всех четырех графств, и, если твой брат был замечен хотя бы в одном из них или переходящим границу, я это выясню.
Однако если и это не сработает, то хочу предупредить тебя, что мне потребуется твоя помощь. Если ты готова на это пойти, дай мне знать.
Валериана необходимо найти для его же блага.
С предложением помощи, Аристарх Ричаргерский
Я убрала письмо в комод. В то, что граф действительно хотел помочь, я не сомневалась. Только вот он хотел помочь его найти, не более. Что будет дальше, предугадать сложно. Тем и хороша сервированная правда. Она может скрывать очень много подводных камней, но правдой она не перестает быть. Однако развязывать войну, не входило в планы графа. И больше всего, сейчас, я хотела найти Валериана.
Уверенная в правильности решения я написала лишь одно.
Ради того, чтобы найти его, я сделаю все что потребуется. Положитесь на меня.
Валериана...
Когда увижу его, то точно буду знать, что делать дальше. Свернув письмо, я отдала его слуге и встала около окна думая о том, где он может сейчас находится. Прятаться? Или строить план мести. Может он уже мстил мне. Только вот за что? Боюсь, что это известно лишь ему самому. Однако, пока он не объяснит мне все, спокойной жизни я ему не дам.
До званого ужина оставалось около получаса, поэтому я, покрываясь мурашками, все же переоделась в белоснежное платье, которое когда-то мне подарил отец, и наконец сняла неудобную обувь. Может если мне будут импонировать послы, помогут охотнее. Минуты тянулись долго, дольше, чем им полагалось по моему предвзятому мнению.