– Модеста сказала, что Лейла обмолвилась о каком-то сюрпризе, – вполголоса добавила Эллина. – Но никто ничего не знает.
– И это платье имеет к этому сюрпризу какое-то отношение? – допустил подобную мысль Левмер, только теперь вспомнив разговор с Лейлой перед их отъездом сюда.
– Вот этого я не знаю, – покачала головой Нилам. – Но наши дочери и так ведут себя подозрительно в последнее время, а тут ещё и Лейла с сюрпризами. Прямо заговорщицы одни вокруг.
– Хорошо, что в этот раз Эллина меня остановила и вернула сюда, – решил Эдуард. – Пока этой заговорщицы нет, вы покажете мне платье.
Он ободряюще улыбнулся женщинам и жестом пригласил их отвести его туда, где лежало платье. Выбора не осталось, и они повели его в комнату Эллины.
– Надеюсь, что Лейла ничего не узнает, – сказала Нилам. – Только не выдай нас. Не хочу огорчать эту замечательную девочку.
Эдуард кивнул и, прищурив от радостной догадки глаза, спросил:
– А платье, случайно, не свадебное?
Женщины остановились, как вкопанные, с изумлением глядя на управляющего герцогини.
– Я, конечно, не могу точно судить, на каждой планете и у разных народностей свои брачные одежды, но платье не белое, это точно, – заверила Мишель. – Да ты и сам сейчас взглянешь на него и решишь, по какому случаю герцогиня может надеть его.
И все двинулись дальше, гадая, для чего герцогине понадобилось в секрете от Левмера, экипажа «Миража» и их двойников шить себе платье.
Тёмно-зелёный шатёр из бархата, щедро украшенный золотой бахромой и вышивкой, очень хорошо вписывался в окружающий пейзаж. Жаркие лучи солнца не могли проникнуть сквозь плотную ткань, но бликами отражались от воды. Откинутый полог позволял видеть пруд, на берегу которого и был раскинут шатёр.
Экипаж «Миража» и их двойники что-то тихо обсуждали, когда подъехала Лейла. Оставив коня вольно пастись под растущими рядом деревьями, девушка вошла в шатёр.
– Жаркое у вас тут лето, – сказала Лейла, подбирая лежавший поблизости веер.
Усевшись на подушки, герцогиня принялась обмахиваться им. В шатре было прохладно, но, после солнца и быстрой скачки, она желала остыть поскорее.
– Зима здесь ненамного отличается от лета, – отозвалась Олдама.
– Мне всегда тут нравится бывать, – заверила Лейла, – но завтра надо возвращаться на Эдистер.
– Конечно, – Глориоза улыбнулась и добавила: – Более того, мы поводим тебя до Эдистера полным составом. Вчера ты летала сама, даже без Эдуарда, и это мне не очень нравится.
– Но я даже и не особо удалялась от Ниа-Нерри, – возразила герцогиня. – Просто дела требовали моего непосредственного утверждения в некоторых проектах. Вот я и послала ответ. Тут же у вас связь с внешним миром не работает.
– Только на приём, – уточнила, кивнув, Глориоза.
– Но ты обещала нам сюрприз, – напомнила Олдама. – Где он?
– О, нет! Ещё не время, – запротестовала герцогиня, улыбнувшись. – Придётся подождать ещё немного.
– Ну вот, – разочарованно произнесла Мод, – я сгораю от любопытства, а ты всё медлишь.
– Не от меня это зависит, – покачала головой Лейла, как бы снимая с себя ответственность в чём-то.
– А от кого? Может, тебе помочь? Мы можем, в некоторых случаях, ускорить события, – индианки шутливо коснулись одна кинжала, другая – кемского меча.
– Нет, нет, нет, – возразила герцогиня. – К тому же, меня ещё волнует Модеста. Стоит ли ей вообще лететь?
Капитан «Миража», полулежавшая на подушках, посмотрела вопросительно на Лейлу.
– Модеста, ты ни слова не произнесла, – сказала Лейла, вставая и перебираясь поближе к подруге и пристально всматриваясь в её лицо. – Что с тобой?
– Просто устала, и не более, – ответила та. – Я же тоже человек.
– Если бы это было так, – вздохнула Лейла. – Но ты – энерговампир, и я не помню тебя уставшей, ты всегда имеешь силы. Я неделю провела у вас, но, от той встречи в оранжерее и до сегодня, ты какая-то уставшая, поникшая и загнанная.
– Загнанная? – переспросила Мод.
– Да, сама глянь на неё, – ответила Лейла. – Ты – её двойник, но оригинал сейчас выглядит измученной тенью, тогда как у тебя цветущий вид.