– Похоже, будет весело, – заметил негромко Рэм.
– Жаль, что Стелла так и не объявилась, – не упустил лишнего повода упомянуть о беглянке Кипс. – Сверхисследователь в этом проекте точно лишним бы не оказался.
29. Во что вмешался экипаж "Миража".
Ответив на все вопросы, объяснив в очередной раз произошедшее и выпроводив всех лишних, Левмер направился в комнату Глориозы. Он был уверен, что Лейла сидит возле подруги, прячась ото всех. Близился полдень и городок шумел, как потревоженный улей, но в ратуше сейчас стояла тишина. После беспокойной ночи и неудавшегося покушения на рассвете, Лейла не хотела никого видеть, а тем более заниматься делами. Ещё Левмера беспокоил Рэолиор, хоть правительница, по-видимому, доверяла своему новому знакомому.
Постучав в дверь и услышав, как Лейла пригласила войти, Эдуард зашёл в небольшую комнату. Плотные шторы на окнах создавали полумрак. Лейла сидела у постели Глориозы, которая не то спала, не то ещё полностью не пришла в себя.
– Они уже разошлись? – негромко спросила Лейла.
– Да, я смог выпроводить всех лишних.
– Я боюсь, что Хисфонт и его люди придут в себя и скажут, что по ним ударила Модеста. И тогда придуманная нами ложь откроется.
– Знаю, но надо же было как-то всё объяснить. И к тому же Рэолиор намекнул, что поможет уладить всё и подтвердит нашу версию. Ведь, как ни смотри, а они точно пострадали от лиолитов, и это определит экспертиза, да и Рэолиор же добавил от себя из паралитического оружия. А эти действия очень похожи, так что отделить одно от другого пока сложно.
– Возможно, – согласилась Лейла и, взглянув на Глориозу, едва слышно добавила: – Они оказались правы, когда не хотели того, чтобы я тут оставалась в качестве правительницы. И мой сюрприз их не обрадовал.
Левмер вспомнил то, что ему показали неррийцы на Ниа-Нерри.
– Мне кажется, они сами что-то скрывают от нас, – прошептал он. – Неррийцы мне показали безжизненную местность, которую экипаж «Миража» устроил на Ниа-Нерри. Уверен, они испытывали нечто убийственное. Да ты и сама видела оранжерею с погибшими растениями.
– Им просто климат не подошёл, – возразила Лейла, в тщетной попытке хоть как-то оправдать подруг.
– Уверена?
– Теперь уже нет.
– А лиолиты? Как вдруг у Модесты появились эти камни? И их количество просто шокировало Хисфонта.
– Не знаю, я не замечала у Модесты ничего такого. Но в последние дни она часто носила перчатки. Я думала, это просто новая мода, они очень гармонировали с её одеянием.
– Поговорить бы с ними, – нервничал Левмер, глядя на спавшую индианку.
– Сейчас я не могу покинуть ратушу, да и Глориоза постоянно впадает в забытьё. Меня это беспокоит.
Словно услышав слова подруги, индианка открыла глаза, но её взгляд, скользнув по лицам Лейлы и Левмера, устремился мимо них куда-то дальше.
– Стой! – приказным тоном выкрикнул Эдуард, когда, быстро обернувшись, увидел Модесту.
От его строгого голоса даже Лейла вздрогнула.
Именно на Модесту смотрела Глориоза и, видимо, та уже собиралась тихонько улизнуть из комнаты. Как долго она тут присутствовал и как много успела услышать, Эдуард мог только догадываться.
– Не вздумай сбежать, – сказал Левмер, видя, что Модеста уже сделала шаг назад и коснулась спиной стены.
Он прекрасно понимал, что ни словом, ни делом её не остановить, если только Модеста сама не пожелает остаться. Лейла умоляюще смотрела на неё, не произнеся ни слова.
Модеста осталась.
– Ты ничего не хочешь нам объяснить? – спросил Левмер.
– Смотря что вы хотите узнать, – осторожно ответила Модеста, приближаясь к ним.
«Видимо, ещё не все их проделки всплыли наружу, раз она так осторожничает, – сделал вывод Левмер. – Боится выдать лишнее. Страшно даже подумать, что они ещё затеяли».
– Мы старались оградить вас от всего этого, – слабым голосом произнесла Глориоза.