– Как минимум – креативности. Но лучше было бы увидеть твои способности.
– Да о чём ты? У тебя есть какая-то суперспособность необычным образом взбираться на мебель?
– Ну, конкретно такое качество даже я не додумалась развивать, – призналась, несколько удивлённая, Модеста. – Вообще-то, если такой манёвр от меня потребует жизнь, то я сделаю это так.
Она легко взлетела с пола, облетела вокруг Рэолиора и грациозно приземлилась на другом краю тумбы.
Рэолиор чуть не свалился на пол от такой демонстрации и спросил:
– Как это?
– Как это получилось или как это сделать?
Рэолиор молчал, не зная, что сказать. Он впервые видел такое и от него ожидали повторения подобного трюка. Так вот, значит, зачем его загнали сюда. Хорошо, что не на шкаф, а то свалиться оттуда, из-за потрясения от увиденного, оказалось бы значительно опаснее.
– Ну, пробуй, – нетерпеливо махнула рукой Модеста.
Подумав в очередной раз, что это просто безумие, но не осмелившись после всего увиденного произнести подобное вслух, Рэолиор сосредоточился и шагнул с тумбы. Чуда не произошло, и он, как обычный смертный, приземлился на пол.
– Не работает, – почти с превосходством усмехнулся он, глядя как Модеста задумчиво смотрит на постигшую его неудачу.
Она медленно слевитировала вниз и сказала:
– Хорошо, просто попробуй взлететь с пола.
И хоть его учительница уже порядком подрастеряла первоначальный азарт, он, наоборот, загорелся узнать, на что способен. Выслушивая лекцию от Модесты и одновременно с этим попрыгав так и этак по комнате четверть часа, Рэолиор так и не достиг никаких результатов в лётном деле. Уже понадеявшись, что Модесте подобное порядком надоело и она уйдёт, он понял, что она достаточно упряма, когда заявила, что следует попробовать проявить другие способности.
– Думаю, ты начал не с того. Вернее, это моя ошибка, – призналась она, – ведь раньше мне не приходилось сталкиваться с такими как я, не считая моих сестёр. Ладно, начнём с простого. Закрой глаза и попытайся отследить мои передвижения. Просто говори, где я нахожусь по твоим ощущениям.
Модеста начала перемещение по комнате и даже вышла в гостиную, но Рэолиор отчётливо и правильно называл её местоположение, хоть на слух ничего уловить не мог. Он действительно чувствовал, когда сосредотачивался, что рядом есть живое существо.
В конце концов он несколько растерянно замолчал и прокомментировал:
– Ты у меня за спиной, но где-то высоко. На шкаф залезла что ли?
Он тут же открыл глаза и развернулся, чтобы удостовериться, что не ошибся. Модеста действительно сидела на шкафу.
– Браво! – поаплодировала она и легко соскользнула вниз. – Ну хоть что-то ты умеешь, значит, не безнадёжен.
– В смысле не безнадёжен? – насторожился опять Рэолиор.
– В том смысле, что будешь продолжать тренировки и развивать способности. Это тебе точно пригодится, – тоном педагога со стажем, произнесла Модеста.
Рэолиор почти со снисхождением взглянул на этакую энтузиастку и сказал:
– Послушай, я понимаю, что тебе всё это любопытно и интересно, но у меня нет времени. Жил до этого и без этих фокусов – проживу и далее.
Кивнув на прощание, он указал ей рукой на дверь, надеясь, что она имеет достаточно развитое чувство достоинства и оставаться дальше не захочет.
Модеста посмотрела на выход, но с места не сдвинулась.
– Я уйду, но скажи мне сначала – что ты будешь делать, когда кто-то из твоих детей попросит объяснить, что с ним не так и почему он умеет больше, чем дети из других семей? – задала вопрос Модеста.
Рэолиор на секунду опешил, но с ответом нашёлся быстро:
– У меня нет семьи. Так что это вообще не стоит на повестке сегодняшнего дня.
– Хорошо. Предположим, гипотетически, у тебя появились дети, унаследовавшие твои способности, которые, рано или поздно, начнут проявляться. И вот дети спрашивают: «Папа, а что с нами не так? Как нам быть?» И что ты им скажешь? Сможешь объяснить всё, предостеречь, научить? Или скажешь: «Ой, сейчас узнаем у тётушки Модесты, что с вами не так»?
Рэолиор оторопел. Воображение быстро нарисовало довольно опасную картину, а ответа он правильного не знал. Да, сейчас он мог только признаться, что подобный вопрос загонит его в глухой тупик.