Последний двустворчатый шкаф Рэолиор уже открывал без всякого интереса, но, едва он потянул дверки на себя, как изнутри их кто-то толкнул и на него вылетело существо, накрытое белой шёлковой материей. От неожиданности он отпрыгнул назад, но тут же ткань соскользнула вниз и его взгляду предстала зависшая в воздухе и улыбающаяся Модеста.
– До инфаркта решила меня довести? – хмуро хмыкнул Рэолиор, всем своим видом демонстрируя, что ничуть не удивился. – Не получится – у меня отменное здоровье.
– Я знаю, – легко согласилась девушка. – Но даже если бы это и случилось, я бы тебя спасла. Как-никак, а я медик.
– Вот иди и спасай тех, кому нужны врачи, – резковато сказал Рэолиор. – Чего ты ко мне прицепилась и выскакиваешь из-за каждого угла?
– Тебя, лентяя, нужно тренировать, – тут же сообщила Модеста, нисколько не смутившись от его слов. – Я не всегда буду рядом, скоро мы с подругами покинем Рубеллит, и найти тебе нас будет очень сложно. Вернее, невозможно, если только мы сами не захотим этой встречи.
– Спасибо за опеку, но я и сам справлюсь, – проворчал Рэолиор.
Модеста обвела взглядом помещение и спросила:
– Ищешь, что могли пропустить военные?
– Думаю, ты тоже тут по этой же причине, а не потому, что решила напугать меня детскими выходками, – ушёл от прямого ответа Рэолиор, заодно решив выяснить, чего именно Модеста объявилась в этом месте.
– Прежде всего, я следила за тобой.
– Тебе что, делать больше нечего, или ты в шпионы записалась? – почти разозлился Рэолиор.
– Хочу посмотреть, как ты на практике усваиваешь мои уроки.
Он вздохнул, попытавшись унять возмущение столь бесцеремонным поведением этой родственницы, и сосредоточился. Стоявшая рядом Модеста совершенно не замечала его действий, продолжая взглядом скользить по лаборатории. Потом она насторожилась и повернулась к нему, вопросительно глядя.
– Ах, вот как, – чуть насмешливо произнесла Модеста, улыбнувшись лишь одними глазами, но не мешая ученику оттачивать на ней свои способности.
Рэолиор увеличил усилия, но в итоге понял, что толком ничего не получилось. Энергии от Модесты он получил ничтожно мало.
– Как ты вообще это делаешь? – сдавшись, спросил он.
– Да я уже и не помню, когда перестала задаваться этим вопросом, – призналась Модеста. – Гораздо больше помню о том, как родители умоляли не делать ничего такого. Но, когда вплывала новая способность и это ими замечалось, опять были уговоры папы и безутешные слёзы мамы. Они очень переживали за меня.
Рэолиор почувствовал себя неловко, ведь думал, что Модеста просто развлекается, используя свой дар, тогда как он даже не представлял, как и когда это началось. Вероятно, она ещё ребёнком училась скрывать от людей свои способности.
– Ты была настолько непослушной, что огорчала родителей?
– Нет, просто они очень беспокоились, чтобы окружающие ничего не узнали. Детство прошло в сплошном самоконтроле и познании своих способностей. Но в итоге я сама себя выдала, и родители в этом уже не виноваты были. Они, как могли, защищали и окружающих от меня, и меня саму от этого мира.
– Тебя никто не учил?
– Нет. Рядом не было никого подобного. Да и вообще, о таких людях тогда даже не слышали. Думаю, что если они и существовали, то тоже скрывались. Вот ты же тоже не знал ничего о себе.
– Это другое. Я просто не знал. И если бы ты не сказала мне, кто я, то так бы и жил дальше. Кстати, я даже не верю, что могу хоть что-то из того, что умеешь ты.
– Научишься, – Модеста приободрилась после недолгого уныния от детских воспоминаний. – Итак, надо пройтись тут ещё.
Она пошла к выходу из лаборатории и Рэолиор последовал за ней. Девушка повернула направо по коридору и уверенно пошла прямо, не заглядывая в помещения, мимо которых они проходили.
– Ты раньше бывала здесь?
Модеста лишь немного поколебалась, но сообщила:
– Да, и я знаю, где ещё не была. Но времени добраться туда не оставалось. Меня находили быстро.