Оставались не открытыми только три двери, когда послышался возглас Олдамы, следовавшей до этого молча за Рэолиором. Они как раз шагнули в очередное помещение, и Глориоза совершенно не могла увидеть со своего места, что там так взволновало изобретательницу.
А то, что Олдама чем-то не то напугана, не то возмущена, и так было понятно. Не рискнув оставить свой пост, Глориоза теперь изнывала от любопытства и тревоги, ведь больше пока никаких звуков оттуда не слышалось. Но оставить без прикрытия свою команду она не могла.
Через полминуты, показавшейся для Глориозы вечностью, быстро выбежала Олдама. Окинув помещение взглядом, будто надеялась обнаружить здесь кого-то, кто пришёл бы на помощь, она всё же побежала к подруге.
– Там просто ужас! – срывающимся от слёз голосом поведала Олдама. – Нужны медики и спасатели.
Глориоза бросив отчаянный взгляд в тоннель, возле которого сторожила, всё же решилась пойти посмотреть, что обнаружили в том помещении. Схватив за руку Олдаму, она побежала туда, где оставался Рэолиор.
Первым делом она увидела яркий свет в небольшой пустой комнате и почувствовала отвратительный запах, а также услышала рыдания. Напротив входной двери виднелась ещё одна, куда и устремилась индианка. Казалось, что время замедлилось и она отчётливо замечала каждую мелочь.
Дальше обнаружилось большое помещение с довольно грубыми стенами, полуосвещённое. Но этот полумрак не мог скрыть людей, что находились тут. Рэолиор пытался развязать руки какой-то женщине, плакавшей навзрыд. Вокруг на полу и на каких-то длинных не то полках, не то лавках у стены, сидели и лежали люди. В дальних углах помещения высились железные клетки – там тоже находились узники. Все в грубых одеждах, напоминавших пижамы, грязные и явно измождённые не только психически, но и физически. На первый взгляд, тут были женщины, мужчины, дети-подростки, но явных малышей или стариков не замечалось.
Глориоза, ощущая себя как в кошмарном сне, бросилась к первому кто попался ей на пути – мальчику лет десяти, который смотрел застывшим взглядом. Она быстро сняла липкую ленту, наклеенную ему на рот, как и всем в этом помещении, и быстро перерезала верёвки на руках. Олдама, стараясь держаться и не всхлипывать, тоже уже освобождала кого-то от пут. Рэолиор, заметив, что и Глориоза здесь, бросился в дальнюю часть комнаты, где находились клетки. Там содержались мужчины, тоже связанные и с заклеенными ртами.
То, что никто сейчас их тыл не прикрывает, Глориоза старалась не думать, но всё же пренебрегать вот так мерами предосторожности тоже не могла. Да и понимание того, что втроём они тут долго будут помогать обнаруженным пленникам, ведь никем другим эти люди быть и не могли в подобном положении, подтолкнуло её к определённому решению.
Метнувшись к Олдаме, которая только что закончила снимать путы с одной из женщин, она схватила подругу за руку и потащила к выходу.
– Быстро беги к лифту и постарайся вызвать спасателей, – тут же распорядилась Глориоза, прежде чем изобретательница успела хоть рот открыть.
Они вышли в большой зал и Глориоза убедилась, что поблизости не появились враги. Молча подтолкнув Олдаму в нужном направлении, она ещё немного выждала, чтобы убедится, что та благополучно умчалась за помощью.
Вернувшись к пленникам, Глориоза продолжила оказывать им помощь. Рэолиор тем временем тщетно воевал с замками клеток, которые никак невозможно было сбить. Тут требовались мощные инструменты, а таких при себе он не имел, разумеется.
Рэолиор оставил бесплодные попытки вытащить мужчин из клеток, в которых они были ещё и надёжно прикованы к стенам, и поэтому даже руки им развязать оказалось невозможным. Освобождённые люди перемещались в общий зал. По словам тех, кто хоть как-то смог преодолеть свой шок и рыдания, Глориоза поняла, что людей здесь закрыли достаточно давно. Время никто не мог отслеживать, потому что ни одного хронометра не оказалось рядом, но, судя по всему, прошло около двух суток. Пленники, которым никто ничего не объяснял, считали, что их тут просто похоронили заживо.
Вести долгие расспросы времени не было, и Рэолиор, когда большую часть людей уже освободили от пут, отправил Глориозу в ближайшие кладовые, обнаруженные ими ранее, чтобы хоть напоить людей и чем-то накормить. Индианка молча выполнила поручение, по пути помогая разместиться самым обессиленным в общем зале.