Но, чтобы отвести от себя всякие подозрения, Рэолиор попытался изобразить лёгкую усмешку и отшутился:
– Я не боюсь боевых котят с взглядом нашкодившего щенка.
– Очень остроумно, – без тени сарказма заметил Артур. – Главное, чтобы на деле не пришлось доказывать обратное.
Рэм, как и планировал, отнёс Стелле кое-что в комнату. Но терианка к еде даже не притронулась. Похоже, аппетит у неё совсем отсутствовал.
Успев закончить всю работу, какую ей поручил Артур, Стелла перебралась в кабинет. Именно там, поставив цель не дать той оставаться в безделии и наедине со своими мыслями, командир потребовал следить за последними новостями, поступающими из ЦМБ относительно предстоящего тестирования системы «прыгун». Ведь их вот-вот могли вызвать в «Скаодэн». Все оставались наготове и из «Палеуса» не отлучались.
Артур и Том встретили Рэолиора, который шёл по коридору, рассматривая какую-то полупрозрачную упаковку.
– Это что? – спросил Артур, остановившись.
– Цветы, их только что доставили, – как-то растерянно ответил Рэолиор. – Для Стеллы. Вы же сами рекомендовали.
– Что ж, – одобрительно покачал головой Том, – очень кстати.
– Она сейчас как раз в кабинете, – кивнул в сторону ближайшей двери Артур.
– Думаете, подходящее время? – засомневался Рэолиор, зная, что терианку постоянно загружали какой-то интеллектуальной работой, чтобы у неё на разные глупости времени не оставалось.
– Стелла ничем серьёзным не занята, можно сказать отдыхает, – заверил Артур. – Это я по её мыслям вялотекущим чувствую. Тибо ушёл на прогулку, я ему позволил немного возле корабля побродить и свежим воздухом подышать, и потому в драку за хозяйку не полезет.
Том, взяв букет из рук Рэолиора, осторожно и ловко освободил цветы от упаковки и вернул назад со словами:
– Давай иди. Нужно, наконец, хоть перемирие заключить. А то мы тут все как на пороховой бочке живём.
Рэолиор, не празднуя труса, тут же отправился к двери кабинета.
Артур и Том, хоть и делали вид, что ничего чрезвычайного сейчас не происходит, в некоторой настороженности замерли на месте, посмотрев вслед своему новому коллеге.
К ним подошёл Рэм, не увидев уже скрывшегося за дверью Рэолиора, и спросил:
– Что это с вами? Лица такие, как будто сейчас тут взрыв грянет.
– Да всякое может быть, – снова бросив взгляд в сторону кабинета, протянул Артур.
– Рэолиор с цветами к Стелле отправился, – негромко поведал врачу Том. – Как думаете, чем всё закончится?
Впрочем, все трое долго в неведении относительно происходящих событий не остались.
Рэолиор вошёл без стука. Он уже знал, что в этой команде есть негласный закон, что особое разрешение требуется только когда вторгаешься на личную территорию кого-то из обитателей «Палеуса». Кабинет, как и многие другие помещения, к такому не относился и все входили сюда запросто.
Стелла в это время сидела за столом, но его появление не заметила сразу. Рэолиор увидел её с правого бока. Она как раз изучала какой-то старый фолиант и периодически делала отметки на его полях. В данный момент сверхисследовательница выглядела расслабленно-задумчивой, почти неосознанно и как-то по-детски покусывая кончик карандаша.
Разумеется, как и всегда в последнее время, Рэолиор теперь первым делом оценивал её состояние, в попытке предугадать настроение и потенциальную опасность, исходящую от терианки. Сейчас она не представляла какой-либо явной угрозы. Сидела, подперев левой рукой голову и покусывая карандаш, который держала в правой. Оружия при ней не было никакого, украшений минимум. Вместо формы простое терианское платье кремового цвета, перетянутое на талии поясом не из серебряных пластин, а просто широким и мягким. Даже волосы, казалось, сегодня отдыхали от сложной причёски и косы. Только терианская шапочка, похожая на тюбетейку, небрежно крепилась на затылке, не давая волосам падать на лицо.
Рэолиор двигался бесшумно. Это являлось неотъемлемой частью его самого, а не потому, что он пытался подкрасться незаметно. И он был уже на половине пути к столу, когда Стелла, краем глаза заметив движение, повернула голову в его сторону. В следующий момент она выронила карандаш и поспешно встала. Взгляд сразу изменился, стал настороженным.