– Господин Сейлан, – поприветствовала его терианка, слегка склонив голову, что сделала больше из желания скрыть смятение на своём лице.
– Надо же, мы всё-таки встретились, – медленно подходя к застывшей на месте Стелле, произнёс Леджер. – После твоего возвращения с Рунрита мы виделись лишь один раз на Тере, когда ты провозгласила Ансорена своим потенциальным наследником. Я был впечатлён.
– Но вас это не устроило, – тут же достаточно смело выдала Стелла.
Леджер смерил взглядом стоявшую перед ним девушку, и выразил вслух свои мысли:
– Я думал, что больше, чем Рунрит, на тебя ничто уже не повлияет. Но ошибся. Как вижу, после задания на Бираме ты вообще стала неуправляемой.
– Господин Сейлан, у вас есть претензии ко мне? Какие именно? Где и когда я нарушила закон? – Стелла потребовала объяснений, едва сдерживая эмоции и при этом пытаясь сообразить, как вообще себя вести и защищаться перед самым влиятельным человеком в ОПМП.
– Да, напрямую ты закон не нарушала. Но беспокойства доставляешь очень много. Поэтому, нам надо поговорить.
Леджер, миролюбиво глядя на Стеллу, жестом пригласил её сесть. Она выбрала один из маленьких диванов около панорамного иллюминатора. Глава правительства остался стоять перед ней, глядя куда-то в космическую даль поверх головы терианки.
– Не буду скрывать, что не только териане обеспокоены твоим будущим, да и настоящим тоже, – после некоторой паузы произнёс Леджер. – Время и события иногда безжалостны даже к молодым. В ОПМП сформировалась мощная политическая коалиция, придерживающаяся общих законов и правил. Но династические дела никуда не делись. Там, где правят, передавая власть от отцов к детям, обязаны быть наследники. Я строго слежу за тем, чтобы не возникали ситуации, когда на трон могут претендовать много людей. Это всегда неизбежно ведёт если не к мятежам и внутренним раздорам, то к неразберихе. Сейчас в ОПМП входит более тысячи планет, и на некоторых из них размещаются десятки, а иногда и сотни разных стран, империй, королевств. Тера имеет значительный вес в ОПМП. Но не имеет прочной власти. Королева Дарейнис является регентом, то есть временным правителем.
– И поэтому вы настаиваете на моей коронации? – Стелла сникла, поняв, к чему идёт разговор.
– Да. Это одна из причин. Власть должна, наконец, утвердиться в руках законной наследницы, признанной самими терианами. Но есть ещё ряд причин, по которым я бы желал твоего возвращения на Теру. Во-первых, всё тот же вопрос с наследником. Да, твои соотечественники, и так пострадавшие и едва не уничтоженные полностью леруями, готовы принять любого. Но кто такой Ансорен в действительности? Мальчик, пусть и голубой крови, но рождённый от принца Эстанлора и его жены, у которой в родословной имеются два деспота-родителя, сосланных вполне заслуженно на Рунрит. Ансорен не является носителем хорошей наследственности, – намекнул Леджер.
– Это единственный недостаток мальчика? Именно поэтому вы хотите вернуть меня поскорее на Теру?
– Нет, Стелла. Как я уже сказал, причин несколько. Если тебя и желают видеть на троне, то только с целью обезопасить. Уже всем известно, что ты постоянно оказываешься в смертельно опасных ситуациях, а твой народ тебя любит и ценит.
– Териане уважали бы мужчину, но зачем им на троне девушка? – безрадостно прошептала Стелла.
– Твоя самооценка занижена, – возразил Леджер, услышав её слова, – вот в чём твоя беда. Я общался с терианами последнее время много, в том числе и лично с теми, кто вырвался с Бирама. Они все искренне тебя поддерживают. Но ты вбила себе в голову, что недостаточно делаешь для них. Поверь, это не так. Именно поэтому они хотят, чтобы ты прошла коронацию и перестала постоянно подвергаться риску быть убитой. Вторая причина заключается в том, что пора дать законного наследника, рождённого тобой, по прямой линии династии Флаэс. Я тоже настаиваю на том, чтобы ты как можно скорее обзавелась семьёй.
– И как это связано с моей безопасностью? – не сдержавшись, принялась понемногу в душе злиться терианка, ведь теперь уже напрямую начинали лезть в её личную жизнь, не связанную с политикой или работой.
Леджер прошёл к своему рабочему столу, взял с него конверт и отдал Стелле.
– Что это? – она с опаской приняла из рук главы правительства бумажный предмет, который мог таить в себе очередную ловушку.