Пока другие приборы находились в полном молчании и ничего не фиксировали, один буквально сиял, отыскав нечто особенное.
– Это вообще что такое? Я что-то ничего не понимаю… – призналась Глориоза, не разбираясь в тех ноу-хау, которые постоянно создавала изобретательница.
– Тот шарик, который мы подобрали возле трупа, он… из того же материала, что и этот объект, – уже поумерив пыл, но всё же взволнованно поведала Олдама. – Я его просканировала и, хоть ничего определённого не узнала, зафиксировала на своей аппаратуре данные о его молекулярной структуре. И вот сейчас один из радаров оповестил, что нашёл идентичный материал под снегом.
– Опять копать будем? – Глориозе это не особо нравилось. – Ночью? И ещё в такой мороз?
– Да когда это нас останавливало! – заявила с энтузиазмом Олдама.
– Верно, нет смысла тянуть время, – согласилась Модеста. – Кто знает, быть может, чем скорее мы узнаем, что нашли, тем быстрее сможем отреагировать в случае опасности.
– Вот-вот. Не исключено, что это поможет избежать очередных неприятностей, – поддержала капитана Олдама. – А возле Рубеллита и на нём самом то и дело в последнее время что-то происходит.
– Тогда за работу, – Глориоза вновь повернулась к пульту.
Ориентируясь на показания радара, приблизились к обнаруженному объекту на минимальное расстояние. Но тут уже местность не порадовала ландшафтом. Катер просто некуда было посадить. Для Модесты это не представило ни малейших затруднений – она могла и не с такой высоты спуститься. Поэтому, опять одевшись потеплее и закутавшись так, что только глаза видны, подруги приготовились к высадке.
– Поработаем десантом на благо нашему миру! – бодро заявила Глориоза и прыгнула из катера в сугроб, провалившись в него чуть ли не с головой.
Следом за ней, воспользовавшись небольшой платформой, мягко и быстро спустилась Олдама. Но, ступив на снег, тоже погрузилась в него по колено. Модеста, опередив всех, уже летала рядом и светила фонариком по округе. На их счастье ветер отсутствовал. Даже тучи исчезли и ярко сияли звёзды.
– Оно где-то там, – указала в определённом направлении Олдама.
– Может, надо было спуститься прямо на него? – спросила Глориоза, представив, чего будет стоить добраться до неведомого объекта пешком по такой местности.
– Вокруг торчат куски скал, так что тебе там точно прыгать бы не получилось, – возразила Олдама, припомнив подруге рискованную высадку из катера. – А тут относительно ровная поверхность.
– А вдруг это опасно? – предположила Модеста, осторожничая. – Предлагаю поступить так: вы останетесь пока тут, а я слетаю на разведку.
И тут же получила в ответ дружное двойное:
– Нет!
– Мы имеем дело с чем-то неведомым, – привела свои доводы Олдама, – а потому даже ты можешь пострадать.
– Или, прежде всего, – именно ты, – многозначительно намекнула Глориоза. – Вдруг опять провалишься куда-то или застрянешь – и объясняй потом, как ты туда попала.
Они пошли вперёд одна за другой. Глориоза настояла на том, что будет идти впереди.
Двигаясь по рыхлому снегу и увязая в нём, Глориоза и Олдама очень тормозили передвижение Модесты. Но та терпеливо летела рядом и не своевольничала, освещая им путь фонариком. Преодолев зигзагами пару сотен метров, они пришли в тупик. Вернее, дальше путь, между двух высоких не то камней, не то ледяных глыб, перекрывал тот самый объект.
– Мы видим лишь его бок, – тихо прошептала Олдама, подходя почти вплотную. – Такое впечатление, что он тут застрял или свалился сверху. Как давно это произошло – трудно судить, но его уже занесло снегом.
– Та же матовая поверхность, что и у того мячика, – сняв перчатку, осмелилась дотронуться до объекта Глориоза. – Но что оно такое?
Модеста тем временем не стала церемониться и уже взлетела выше, исследуя находку.
– Это крупная вещь, – послышался сверху голос капитана. – Но точно не живая. Она обтекаемой формы, в высоту метра три, и до десяти в длину.
– Но вряд ли дыня, – усмехнулась Глориоза.
– Такое большое, – Олдама тихонько сопела, пытаясь своим набором приборов просканировать находку. – Вот бы узнать, что там внутри. Оно точно не природного происхождения. Скорее что-то синтетическое. Хотя вполне может оказаться просто монолитным.