– Верно, у того парня тоже самое, – подтвердила Модеста.
– У всех рас людей кожа разная, но она исполняет примерно ту же функцию, что кора на дереве, – продолжал Рэм. – А тут тот случай, когда эта «кора» – почти незаметная плёнка. Ощущение, что можно легко задеть такого человека, и вызвать кровотечение. Настолько нежной и тонкой кожи ни у кого ещё не встречал. Она не просто гладкая, а именно крайне тонкая, разве что не прозрачная. И ещё самая значительная отличительная черта у этого мужчины – у него два отверстия в груди, словно небольшие щели в районе лёгких.
– И что это может быть? – встревожилась Лейла.
– Точно не раны. Это что-то, с чем он родился, – с уверенностью ответил зэрграверянин.
– Патология? – призадумалась Модеста. – У живого парня мы заметили то же самое. Я предполагаю, что он может жить под водой. Правда не могу утверждать, что этот орган у него не атрофировался, ведь пациент чувствует себя комфортно на воздухе и в воду никаким образом не рвётся.
– Считаю, что беднягу пока не стоит насильно проверять на эту способность, – выразил своё мнение Рэм. – Он и так стресс получил.
– Рэм, Стеллу не спрашивали об этом? Возможно, она знает что-то о подобных людях? – предположила Лейла. – Даже если в базе ДНК нет образцов такой расы человечества, упоминание о подобных людях могли, допустим, сохраниться в легендах и древних мифах какого-либо народа. В космосе ещё столько всего не изученного!
– Ты допускаешь, что эти двое не с Рубеллита? – спросила Олдама. – В моём представлении, они очень даже вписываются по колориту в местный пейзаж – такие же беленькие с розово-красными волосами. Прямо идеальные рубеллитцы!
– Вот то, что не с этой планеты – так точно, – уверенно заявила Лейла. – В МИИ заверили, что не обнаружили на планете ни единого города, пусть и давно разрушенного. И даже трупов какой-либо живности нет, не говоря уже о человеческих останках в любом виде.
– Но планету почти не изучали, – в свою очередь возразила Модеста. – Вдруг, если копнуть поглубже, мы и найдём доказательства того, что разумная жизнь всё же существовала?
– Нет, ничего, кроме растений, тут не было! – доказывала Лейла. – Даже козявку не обнаружили или что-то, чем могла бы эта козявка питаться. Поэтому – нет и нет! Эти двое, кем бы они ни являлись, точно не с этой планеты.
– Тогда откуда? – задал вопрос Том.
– Не с луны же свалились, – добавил Рэм. – И вряд ли они просто воплотившаяся в жизнь чья-то фантазия. Если тут и проводились незаконные опыты на людях, то только с использованием лиолитов, а не по изменению генетической структуры человека.
– Кстати, а разве у Рубеллита есть луна? – вдруг заинтересовалась Глориоза. – Вроде никогда не видела тут подобного на небосклоне или хотя бы около планеты.
– Учёные пока спорят на этот счёт, – решила просветить всех в этом вопросе Лейла, которая пыталась досконально изучить мир, в котором ей разрешили хозяйничать. – Есть тут нечто такое, что одни пытаются отнести к разряду небесного тела типа «луна», а другие доказывают, что это просто чрезмерно огромный астероид. Его назвали Адуляр. Оно необычно тем, что имеет очень вытянутую орбиту вращения вокруг Рубеллита. Один виток вокруг него Адуляр совершает примерно за три земных года. Он проходит возле Рубеллита и вновь улетает, фактически пересекаясь с орбитой следующей, третьей по счёту планетой в этой звёздной системе.
– Так далеко? Тогда точно скорее астероид, чем луна, – согласилась Олдама.
– Кстати, им почти не занимались учёные, ведь открытие Рубеллита припало на момент, когда Адуляр уже удалялся. Сейчас как раз он возвращается. Скоро будет виден невооружённым глазом перед рассветом. Потом в течении нескольких дней будем наблюдать его днём, и даже с определённой точки Рубеллита увидим солнечное затмение Тадены. А потом Адуляр будет виден лишь на закате. И уже через каких-то двадцать рубеллитских суток мы снова потеряем возможность наблюдать его визуально, – закончила краткое пояснение Лейла.