– Давай вынесем его на природу. Может, солнышко его порадует, или вдруг местные растения годятся ему в пищу, – предложила Олдама, держа на руках и поглаживая пушистый белый комок. – Заодно узнаем, как он отреагирует на внешнюю среду. А то мы их как загрузили в медкапсулы, так и доставили сюда. Ни зверёк, ни его хозяин даже на свежем воздухе не побывали.
– Да, хорошо. Раз он энергетическая сущность отчасти, то вполне возможно, что именно солнечная энергия будет ему подпиткой. Во всяком случае, надо же хоть что-то узнать о нём достоверно, – согласилась Модеста на новый опыт.
Пользуясь тем, что «Европа» стояла не только на краю космодрома, но ещё и трап выходил в сторону леса, Олдама и Модеста вышли никем незамеченные и направились к ближайшим зарослям. Патрульные уже следили за тем, чтобы к кораблю правительницы и на полкилометра никто без особого разрешения не подходил.
– Прогулка должна ему понравиться, – решила Олдама, передавая зверька подруге, ведь энерговампир легче могла его контролировать в случае непредвиденной ситуации.
– Чудесное утро, – слегка зажмурившись от ярких солнечных лучей, произнесла Модеста.
Зверёк на её руках вдруг оцепенел, задрожал и тихо заскулил, издавая плач маленького щенка.
– Стой, что-то не так, – Модеста скорее интуитивно почувствовала изменения в окружающей среде и в подопечном на своих ладонях.
А уже в следующий миг взвизгнула Олдама: прямо перед ними из леса взлетел целый рой искр лиолитов. Он, сверкающими звёздами воспарил вверх, а потом, к ужасу девушек, вдруг описав дугу, ринулся к ним.
Зверюшка в руках Модесты издала пронзительный писк, с невиданной силой вырвалась, шмякнулась на землю и стремительно понеслась назад к трапу.
Модеста растерялась лишь на секунду. Потом быстро в её голове сложилась определённая картинка.
И вот она уже повалила Олдаму, упав вместе с ней в траву, и приказала:
– Не двигайся!
Внезапная атака из леса пронеслась над их головами. Но сверкающие смертоносные брызги не ударили в девушек. Они устремились к кораблю, вслед за белым зверьком. Остановить такое было не под силу никому. Модеста вдруг осознала, что «Европе» может грозить не шуточная опасность. Кого-либо предупредить не осталось даже секунды времени. А белый пушистик уже исчез в глубине корабля.
Модеста, чуть приподнявшись, запоздало решила минимизировать удар. Она попыталась энергетическим ударом сбить летящий сверкающий рой. Отчасти ей это удалось – удар не был окончательно предотвращён, но смягчён. Искры будто потеряли цель, снизили скорость и, покружив вокруг, в большинстве своём погасли среди травы. Главное, что ни одна из них не залетела в открытый вход корабля.
Вскочив на ноги, Модеста первой бросилась назад. Олдама последовала за ней. Им понадобилось четверть часа, чтобы, не поднимая паники, отыскать белого зверька. Тот обнаружился только благодаря способности энерговампира чувствовать живых существ. Он чудом забился под какой-то низкий диван и оставался там неподвижным.
– Жив? – встревоженно спросила Олдама, прибежав к Модесте из другой комнаты.
– Да, вроде не пострадал, – Модеста взяла зверька на руки и осторожно поглаживала, успокаивая.
– Что это было? Почему лиолы атаковали нас? – спросила Олдама.
– И притом они активировались сразу на большом участке, – задумчиво произнесла Модеста, припоминая детали случившегося. – Так не бывает, если даже туда бы по неосторожности забрёл человек или несколько.
– Неужели на тебя так отреагировали?
– Скорее на него, – Модеста посмотрела на зверюшку, которая теперь пригрелась на её руках и успокоилась, словно найдя защиту. – Ты ведь заметила, как этот пушистик перепугался? Он догадался о том, что произойдёт, раньше, чем я. Да и мне за всё время пребывания на Рубеллите ни разу не довелось пострадать от лиолов.
– А Лейла утверждала, что наши находки никакого отношения к Рубеллиту не имеют, – припомнила Олдама. – Вот теперь у нас точно есть повод в этом сомневаться. Слишком уж быстро этот малыш определил грозившую опасность и потому сбежал.