В безлюдном фойе они были одни у широко открытых дверей.
– Как это понимать?! Отвечай! – прошептала не на шутку рассерженная Модеста, глядя в глаза Эдуарда и указывая вслед герцогине.
– Ох, Модеста… – управляющий закрыл лицо ладонями, будто раскаивался, что ничего не мог изменить.
– Как Лейла оказалась здесь? Почему её выбрали в правители? – глаза Модесты горели возмущением, и помня об её даре, Левмер побаивался, что дело может кончиться для него летальным исходом.
– Я сам случайно узнал всё три дня назад, – сказал он, отважившись взглянуть на собеседницу. – Лейла умоляла меня сохранить это в тайне от вас.
– Вот уж спасибо, за преданность своей госпоже! Только этим ты оказал ей медвежью услугу, – продолжала негодовать Модеста.
– Я не знал, как следовало поступить, хоть всё это мне сразу не понравилось. Моим первым порывом было желание рассказать обо всём вам, – сознался Левмер.
– Это очень разумно, – согласилась Модеста.
– Мне хотелось даже заточить Лейлу в Лариндэ, пусть даже и против её желания.
– Вообще похвально! Вот только почему ты этого не сделал?! – поинтересовалась с сарказмом Модеста.
– Не смог… и в конце концов, она госпожа, а я всего лишь служащий, – решил хоть как-то сгладить накалявшуюся ситуацию Эдуард.
Модеста с досады топнула, прошлась туда-сюда с видом рассерженной львицы.
– Подумаешь – госпожа! Да ты, можно сказать, вырастил Лейлу. И если бы не её титул, то и удочерил бы. И тут вдруг пошёл на поводу её капризов! – не могла поверить в такое попустительство девушка, считая, что он проявил недопустимую слабохарактерность и мягкость в данной ситуации.
– Но что теперь делать? – Левмер взглянул, как Лейла достигла возвышения и ей на шею надели ривьеру – знак власти над Рубеллитом.
Зал наполнился аплодисментами и радостными возгласами.
– Вы провалили и наш второй план, – произнесла Модеста, с досадой глядя на герцогиню, что села на трон под бурные овации гостей.
– Второй?.. – Левмер не понимающе взглянул на Модесту. – И в чём он заключался?
– Вот в этом, – она быстро извлекла из кармана оружие, показала Эдуарду, и так же поспешно спрятала обратно.
Левмер с подозрением и страхом посмотрел на Модесту, а после нашёл взглядом счастливую, торжествующую герцогиню, принимающую цветы, подарки и поздравления. Даже с такого расстояния она излучала радость.
– Ты хотела… – Левмер осёкся, не в силах даже озвучить мелькнувшую у него догадку.
– Я должна была стрелять в того, кого выбрали правителем, – не дрогнувшим голосом сказала девушка, понимая, что ничего подобного уже не будет. – Но как я могла это сделать, когда увидела Лейлу?! Вы точно нож в сердце мне воткнули.
– Мы?! – возмутился Левмер. – Да мы этим только сорвали твоё покушение и спасли чью-то невинную жизнь!
– Вы не знаете, во что ввязались! – схватилась за голову Модеста. – И я не говорила, что хотела убить претендента. Вернее, сделала бы вид нападения, устроила панику, чтобы отложили церемонию. Максимум – нанесла бы царапину, а это не смертельно, но всегда впечатляет при подобных обстоятельствах. Это позволило бы сорвать церемонию, как минимум отменить её и отсрочить. Просто создать панику. И всё!
Модеста посмотрела на Левмера и умоляюще добавила:
– Уезжайте отсюда, прошу тебя. Увези Лейлу.
– Боюсь, что сейчас её и силой отсюда не вытащить, – покачал головой Эдуард. – Я не знаю, что тут происходит, но у тебя есть какие-либо соображения? Или дай мне указания, что делать? Мы не можем сейчас уже уехать. На Лейле обязательства, она приняла должность правительницы.
Модеста вздохнула.
– Придётся теперь прибегнуть к нашему третьему плану, – сказала она. – Вот только бы Лейла его не сорвала.
– И что надо делать?
– Вам – ничего. Он уже в действии, но к чему это приведёт – не известно. Мы не можем контролировать события или предугадать их. Постарайся, чтобы Лейла не ввязалась во что-либо непонятное или подозрительное. Не спускай с неё глаз. Мы теперь от атаки перешли к обороне.