Рэолиор быстро направился в оранжерею Эсмигюль. Побродив там и осмотревшись, решил, что надо постараться не нанести урон хоть здесь. Хватит бедной Эсмигюль и наглого квартиранта, захватившего лабораторию.
В одном из углов обнаружилось что-то вроде компоста. Набрав там из корзины, где лежали остатки срезанных веток и утилизированных плодов, всего подряд, Рэолиор вернулся в комнату Уша и выбросил ему добытый корм.
– Думаю, что привередничать ты не станешь – жрал пластик, так растения тем более тебе сгодятся, – тихо сказал Рэолиор и, не дожидаясь ни благодарности, ни возражений, вышел.
Кинаски накинулся на еду с такой скоростью, что расщеплял и поглощал едва ли не моментально то, что бросил ему человек. Рэолиор вернул игровой манеж на место и, не прощаясь, ушёл. Прошло уже достаточно времени, и он мог рассчитывать, что Модеста тоже закончила свои дела и вернулась в катер.
Оставив Рэолиора разбираться с Ушем, Модеста поспешила найти медотсек. Добравшись туда в рекордные две минуты и потратив там не более четверти часа на выяснение обстановки и предложения помощи, она убедилась, что в станции справляются своими силами и в дополнительном персонале не нуждаются. Медики передали искреннюю благодарность правительнице Рубеллита, что она побеспокоилась об их нуждах. Заодно Модеста очень аккуратно выяснила, что в этот раз никакого влияния энерговампира не искали. А раз так, то Рэолиор точно остался вне подозрений, спасая Стеллу из комнаты Уша. Да и не понятно ещё, как определят влияние кинаски при энергетическом нападении на людей – этот вид оставляет такой же след, как она или Рэолиор, или совсем другой? С этим тоже стоило разобраться, но Уша Модеста идентифицировала несколько иначе по энергетике, чем человека-энерговампира. А опыт теперь в этом вопросе у неё имелся не только в общении с Эллиной и Мод, но и Рэолиором.
Направляясь к катеру, Модеста с трудом отговорила себя не пытаться проникнуть в зал наблюдения, где собирались, по её сведениям, исследователи. Там всегда кто-то дежурил на смене, поэтому незамеченной она точно не останется. Значит, придётся Олдаме вновь взламывать то, что не удастся добыть в открытых источниках информации.
Вернувшись в катер, Модеста застала скучающего Артура, лениво просматривавшего последние новости. Увидев, что она пришла одна, он посмотрел вопросительно.
– Рэолиор сказал, что ему надо выяснить ещё один вопрос, – дала пояснение Модеста, оставив на будущее Рэолиору место для манёвров при объяснениях.
Ведь не говорить же, что с Ушем общались. А Рэолиор уж точно выкрутится, когда поймёт, что Модеста ничего конкретно не сообщила Артуру.
Землянин кивнул, принимая такое объяснение и не выражая ни тени подозрений.
Модеста с неуверенностью взглянула на Артура и попросила:
– А ты можешь подвергнуть меня компьютерному гипнозу?
Слов у командира Группы Риска не нашлось – ещё никто вот так с порога не просил по своей воле пройти такую процедуру. И кто именно сейчас выразил подобное желание, он осознавал очень хорошо.
Артур бросил взгляд в иллюминатор, где закат окрашивал белую растительность в розовый цвет, и повернулся к Тому, упаковавшему в небольшой контейнер аппаратуру.
– Всё, я закончил, – доложил руктаорец и с сомнением спросил: – Ты уверен, что это не шутка?
– Она не шутила, когда попросила об этом. Но ни Стелле, ни Рэолиору знать об этом не надо. И даже Тибо не проговорись. Я сказал только Рэму. Ты останешься здесь, на случай если будет вызов.
В глазах Тома не исчезало непонимание и удивление. Он не мог поверить тому, о чём ему сообщил командир. Через минуту пришёл и Рэм.
– Я готов отправляться, – сообщил врач.
– Вы уверены, что мне не следует сопровождать вас? – Том внимательно смотрел на коллег.
Артур отрицательно качнул головой:
– Не думаю, что возникнут сложности. Это не тот случай. Да и зачем им подвергаться такому риску, чтобы нам как-то насолить? Скорее, это признак доверия с их стороны, а не злой умысел.
– Хорошо, тогда вылетаем. И, надеюсь, я сумею её отговорить от этого, – выразил своё пожелание Рэм.