Рубеллит

– Как тебя зовут? – приступил к вопросам Рэм, видя, что ни Артур, ни Глориоза не спешат взять на себя эту обязанность.

Модеста молчала.

– Сколько тебе лет? – Рэм внимательно отслеживал показания, что поступали о самочувствии Модесты.

Судя по всему, чувствовала она себя прекрасно. Врач чуть-чуть усилил влияние.

– Где ты сейчас находишься? – в глазах врача уже проступала некоторая обеспокоенность.

Добровольно решившаяся подвергнуть себя столь жёсткой процедуре, девушка не реагировала, будто чего-то ждала.

Артур сделал знак усилить ещё уровень гипноза.

– Ты слышишь меня? – в голосе Рэма уже чувствовалась нарастающая растерянность.

Модеста открыла глаза, посмотрела на врача и совершенно спокойным голосом сообщила:

– Пока меня ничто не мотивирует отвечать на вопросы. Усиль влияние.

Артур подскочил к аппаратуре, взглянул на показания и обернулся к Модесте:

– Ты с ума сошла о таком просить? Это практически максимальный уровень! На более высоком воздействии у тебя рискует мозг сгореть.

Модеста разочарованно вздохнула, подумала и сказала:

– Попробуйте. Я ни в чём вас не обвиню, если что-то пойдёт не так.

Рэм, уже почти сердясь, попросил Глориозу:

– Пожалуйста, забери её отсюда. Она точно не в себе.

Но Модеста успела воспользоваться этой секундой, пока врач отвернулся к индианке, и, протянув руку, сама выставила максимальный уровень воздействия. Даже стоявший рядом Артур, заметив боковым зрением движение, не успел это предотвратить.

Испуганный крик Глориозы, ошеломлённый взгляд Рэма и секундный ступор Артура, не верившего в такой самоубийственный поступок Модесты, никак не заставили последнюю раскаяться в содеянном.

Артур быстро выключил аппарат, Рэм уже проверял данные о состоянии Модесты, но та осталась совершенно спокойной.

– Вот видите, никто не пострадал – ни я, ни аппаратура. Так что предлагаю продолжить на максимальном уровне, – почти потребовала Модеста.

Рэм с сомнением взглянул на неё, одновременно отодвигая в сторону кинувшуюся к подруге индианку, и спросил:

– Ты что, вообще ничего не чувствовала?

– Абсолютно. Может, у вас аппаратура неисправна?

– Ну уж нет. Продолжать ты не будешь! – запретила разволновавшаяся Глориоза.

– У нас всё исправно, и как пользоваться этим мы знаем не понаслышке. И мы тут тебе не подыгрывали, чтобы спасти от нежелательных последствий, – заверил Рэм.

– Странно, что и аппаратура на тебя не реагировала, считая практически пустым местом, – Артур озадаченно взглянул на запись протокола, что вели датчики. – Так значит, ты что-то предполагала, раз решилась на такое? Ну, не на пустом же месте тебя посетила блажь пройти гипноз.

– Да, уровень ментального воздействия на тебя очень низкий, практически нулевой. Некоторые люди и без гипноза не умеют соврать и говорят правду, а тут… – Рэм безнадёжно развёл руками. – У тебя просто стальная нервная система.

– Может это потому, что я с детства пыталась быть осторожной не только в поступках и словах, но и в мыслях? – неуверенно предположила Модеста. – Так сказать, училась держать лицо не только внешне, но и на мыслительном уровне. Но теперь точно знаю, что телепатия мне не грозит, и ни при каких допросах в таком формате я не выдам ничьи секреты. Даже легче как-то стало!

Модеста почти радовалась, что оказалась нечувствительна к гипнозу. И если бы сегодня Рэолиор не познакомил её с Ушем и этим не навёл на мысль о невосприимчивости к ментальному воздействию, она так бы и пребывала в полном неведении относительно такой непробиваемости своего мозга.

Рэм окинул оценивающим взглядом Модесту и, увидев, что она в полном порядке, поинтересовался:

– Ну, раз ты любишь эксперименты, то не согласишься ли поучаствовать ещё в одном?

Девушки переглянулись. Модеста выглядела несколько удивлённой, а Глориоза обеспокоенной.

Артур тоже взглянул на коллегу, не понимая, что тот задумал.