– Я понимаю, – всё так же молча ответила удручённая Халтамия через кинаски. – И очень благодарна за то, что вы нашли меня и помогли. Мы действительно оказались в сложной ситуации. И я даже не знаю, что стало с отцом…
– Так тот погибший мужчина был вашим отцом? – спросила Мод, и уже пожалела, что сделала это так прямолинейно.
– Вы нашли его? – встревожилась Халтамия.
Мод переглянулась с Левмером и решила первой поведать молодой матери о том, как вообще наткнулись на них.
– Мы проводили кое-какие исследования и наткнулись на труп мужчины, занесённый снегом, – призналась Мод. – Я не знаю, был ли погибший твоим отцом. Гоаразу мы его не показывали пока, опасаясь, что тот опять отреагирует как-то неадекватно.
Глаза Халтамии наполнились слезами, она прижала к себе дочь и едва не расплакалась.
Мод и Левмер тут же получили предупреждение от Ри, что Гоараз, хоть и ушёл в свою комнату, продолжает контролировать каждое слово сестры и потому лишнего она не скажет, как бы её не просили это сделать.
– Это мог быть только наш отец, – наконец отозвалась снова Халтамия. – Ведь нас прилетело трое.
– Почему Гоараз так гневно смотрит на нас и не пытается найти взаимопонимания? – спросила Мод.
Халтамия покосилась на Левмера и неожиданно, словно что-то вспомнив, заявила, почти потребовала:
– Пусть этот человек выйдет.
– Хорошо, – переглянувшись с Мод, не стал упорствовать Левмер, понимая, что это опять связано с законами этих пришельцев.
Когда он вышел, Халтамия немного расслабилась и более доверительно сказала:
– Мой брат хороший, хоть характер у него всегда был жёсткий. Но к вам у него очень большая претензия.
– И по какому же поводу? – не понимала Мод. – Мы ведь не только его спасли, но и тебя. Неужели даже банальной благодарности не достойны? И разве не доказали уже, что мы вам не враги?
– Не в этом дело, – замялась Халтамия, словно затронув очень деликатную тему. – Просто вы не знаете нас, хорнеокийцев.
– Так ваш народ называется хорнеокийцы? – Мод жадно ловила любую новую информацию.
Халтамия кивнула, а кинаски озвучил следующее от её имени:
– Мы очень особенная раса. Когда-то давным-давно, неважно когда, мы были не такими. Наш народ не имел розовых волос и такой тонкой кожи. Впрочем, речь сейчас не об этом. По определённым обстоятельствам нашим предкам пришлось проводить на себе множество генетических экспериментов, чтобы выжить. Вот так мы получили сначала способность жить под водой, а потом, по понятным причинам, и телепатию развили – ведь в воде не поговоришь нормальным языком, как это делаете вы.
– Так вот оно что, – с пониманием покачала головой Мод, узнав, что перед ней модифицированные представители рода человеческого. – И что же заставило ваших предков так поступить?
– Об этом я говорить не могу, – Халтамия намекнула, что брат всё слышит, хоть и находится якобы в стороне. – Да и не это важно. Просто хочу объяснить, какой конфликт вы создали и заодно прояснить, что мы за люди. Дело в том, что наш народ не только стал расой амфибий и телепатов, обзавёлся розовыми волосами, изменил цвет глаз и структуру кожи. У нас сильно сократился срок жизни. Сейчас взрослые живут в среднем до сорока лет.
Последнее прозвучало от Ри с учётом, что он перевёл это на мерки землян.
– А сколько тебе лет? – спросила Мод.
– Недавно исполнилось пятнадцать, а Гоаразу – шестнадцать.
– Он твой старший брат? А ещё кто-то, кроме отца и Гоараза у тебя есть?
– Да, родни много. У нас есть ещё одна сестра старшая и пятнадцать младших братьев и сестёр. А также мама.
– Какая большая семья, – удивилась Мод, подумав, уж не терианской ли плодовитостью они отличаются, раз при таком коротком сроке жизни стольких удалось родить.