– Что тебе сказал Ареф? Он же не выдаст тебя? – тревожилась Сохейль, пытаясь заглянуть в глаза подруге.
– Не выдаст. Даже предложил покровительство… – как-то безрадостно вздохнула Стелла.
– Это же прекрасно! – ликовала форсангер. – Я всегда знала, что у меня лучший в мире брат! Вот теперь тебе и не придётся больше никого бояться.
– Нет, Сохейль, я не могу тут остаться.
– Почему? – вскинула брови искренне недоумевающая Сохейль. – Не ты ли мечтала спрятаться куда-нибудь в надёжное место?
– Но не на таких условиях, – тряхнула головой Стелла.
– Что за условия? – требовательно посмотрела на неё подруга.
– Если коротко, он предложил пожениться…
– Да это же чудесно! – возрадовалась эмоциональная принцесса.
– Нет! – тут же возразила Стелла. – Это политика, ты просто всего не понимаешь.
– Даже если и не понимаю, то очень хорошо знаю Арефа! Он точно тебя в обиду не даст. Это решит все проблемы.
– И создаст ещё больше новых. Так что закроем эту тему.
Стелла быстро отошла в сторону, но Сохейль проворно догнала её, попросту телепортировавшись и возникнув у неё на пути.
– Тебя что не устраивает? – уперев руки в бока, потребовала объяснений принцесса Космической Империи. – Ареф не нравится? Или боишься прийтись не ко двору? Так могу заверить – я буду счастлива, если мы породнимся!
– Вот только ты и будешь. Я – точно нет. Не хочу в итоге оказаться в гареме, – выпалила на одном дыхании Стелла.
– Ареф не повторит ошибок своего отца! – с жаром заверила Сохейль. – Ему сейчас и одну жену навязать проблема. Подружек масса, но ни одна его полной благосклонности не добилась. После того, что пережили мы тут все по вине Иларии, он на каждую смотрит, как на потенциального врага. Но ты – другое.
– Сохейль, давай просто куда-нибудь в другое место подадимся, пока я ещё новых проблем не нажила, – с мольбой посмотрела на неё Стелла.
– Ладно, – вздохнув, сдалась та. – Только куда тебя теперь прятать – вот в чём вопрос…
11. Первая ночь правительницы Рубеллита.
Пятиэтажная ратуша была не единственным строением, фасад которого выходил на площадь. По обе стороны от неё возвышались здания двух гостиниц, имевших по четыре этажа. Далее шли несколько двухэтажных магазинов, ресторанов и кафе. За ними раскинулся парк, окружавший их и замыкавший круг, посреди которого и находилась площадь. За центральной частью Миари красовались ухоженные одноэтажные домики, где в основном жили рабочие и служащие. Там же пока разместили и труппу бродячего цирка.
Безмятежный бело-розовый мир с вкраплениями красных растений и с кристально-чистыми реками и ручьями, обильно покрывавших эту планету, и удивительными, прозрачными, как стекло, валунами, действительно производил сказочное впечатление. Рубеллит казался идиллией – слишком правильной, безупречной и тихой. И если бы не пришельцы, то сейчас всё погрузилось бы в мягкую тьму и тишину.
Спустилась ночь; небо окрашивали время от времени огни фейерверков, на площади продолжалось веселье, звучали музыка и смех.
На четвёртом этаже гостиницы на одном из её балконов стояли четверо мужчин. Они тихо о чём-то говорили, и, кажется, царившее внизу на площади веселье их нисколько не привлекало. Когда совсем стемнело, трое из них покинули гостинцу и не мешкая отправились на космодром. Четвёртый остался в гостинице, и с задумчивым видом, облокотившись на перила, смотрел на суету внизу. Ему явно было не до всеобщего веселья, а мысли вообще витали где-то далеко. Мужчина присматривался к людям, что гуляли на площади, будто хотел найти или узнать кого-то, но видимо, это ему не удавалось.
– Ещё несколько дней и я отсюда улечу, – пробормотал он, будто уговаривая сам себя потерпеть.
Проводив взглядом герцогиню, что неспешно шествовала к арене цирка, и решив, что ничего интересного уже ждать не следует, он вернулся в номер.
– Да, Рэолиор, более скучного отпуска у тебя не было, – посочувствовал он сам себе, глядя в огромное окно. – И вообще: это отпуск прикрывает моё задание, или я отдыхаю под видом исполнения задания? Сложный вопрос…
Закрыв дверь балкона, чтобы шум непрекращающегося веселья не мешал ему, Рэолиор убрал несколько бумаг в сейф и решил, что пора ложиться спать.