– То есть, Рэолиор, когда стрелял, не знал, что идёт поражение на смерть?
– Он – нет.
– Но ведь ты знал! Почему не остановил его? – с болью вырвалось у Стеллы.
– Хотел, чтобы его вина была максимально велика. Но думал, что для териан подобное оружие не вызовет летального исхода. Вы ведь особенная раса, а вот ему будет лишний грех на душу. Тем более, я полагал, что он станет стрелять по ногам. Никак не думал, что в головы… Ведь достаточно было того, чтобы ты пострадала и твои телохранители оказались обездвиженными, а Рэолиор просто сбежал. И всё – подозрений бы у всех появилось с избытком, не только у тебя. Ведь позже бы у него обнаружилась та самая записка, где ему якобы кто-то приказывает ликвидировать тебя, и доказать, что это передали ему не леруи, будет уже невозможно. Ведь «Почтовый голубь» никого к нему не посылал и всё бы списали на то, что Рэолиор пытается себя выгородить, что ещё больше подорвёт его репутацию в ЦМБ, если не поставит окончательный крест на карьере.
– Но ты ошибся, – покачала головой терианка.
– Ещё как, – признал со вздохом Ирвин. – Я ведь не знал его натуру, раньше никогда не пересекался с Рэолиором лично. А он, оказалось, любитель максимально устранять подозрительных личностей. Поэтому стрелял не по ногам.
– От такого импульса у них едва мозги не расплавились. Они выжили только чудом. И то, что не останутся калеками, является единственным твоим оправданием для меня в этом деле. Но если это ещё можно списать на твою слабую осведомлённость о терианах, то как объяснить кинжал?
– Это уже был экспромт, – снова помолчав, с трудом заставил себя признаться Ирвин, терзаясь угрызениями совести. – Я как будто совершенно голову потерял, когда лично встретился с Рэолиором. Присутствие рядом врага, которого я не мог выловить много лет, заставило делать безумные вещи. Хотелось, если честно, просто убить его на месте, но у меня же даже оружия своего не было. Когда я отправил Рэолиора дальше за его якобы новым заданием к финальному месту встречи, сам вызвался найти его кинжал, который отлетел куда-то в траву, ударив перед этим тебя. Но тут, взяв это оружие, вдруг решил добавить Рэолиору грехов. Я знал, что ведётся видеонаблюдение за тем участком. Понимал, что меня могут вычислить и поймать быстро, но всё же… Я всадил кинжал в грудь одному из териан, ближайшему, кто лежал к тебе. Моей целью было разбудить в тебе ещё больший гнев на Рэолиора, чтобы ты имела причину мстить ему и дальше.
– Считай, ты добился своей цели. Но в этом деле я хочу быть объективной и не повторять прежних ошибок, не идти на эмоциях, чтобы вновь не угодить в ловушку. А ещё – желаю знать всё.
– Мне нечего скрывать. Следователи уже допросили меня много раз, – уставший взгляд Ирвина говорил о том, что он полностью опустошён и не пытается бороться за своё будущее. – Но я правда не желал смерти твоим телохранителям, а удар кинжала в сердце пришёлся случайно, специально именно в него не целился. Даже не думал, что задену сердце, я ведь не профессионал в этом деле. Так вышло… За это мне действительно никогда перед тобой не оправдаться.
Стелла его не понимала.
– Даже если ты устроил эту западню, подставив нас всех ради личных целей и рассчитывая, что я уничтожу Рэолиора сразу же, как только очнусь, неужели твоя месть того стоила?
– Поверь, да, – Ирвин снова поднялся на ноги и прошёлся по комнате. – Ты так молода, что ты можешь знать? Но когда носишь в себе незаживающую боль годами, меняется всё – твои мысли, характер, повадки, цели, мечты.
– Что ты не поделил с Рэолиором?
– Это долгая история. Я не хочу о ней вспоминать. Это ничего уже не изменит.
– Я хочу знать, из-за чего мои близкие люди едва не распрощались с жизнью. Поэтому я настаиваю.
Ирвин с горечью усмехнулся, и сказал:
– Степень моего наказания во многом сейчас зависит лично от тебя. И я это осознаю в полной мере. Так стоит ли тебе вникать в мотивы того, что побудило меня на это злодеяние? Не будет ли моя исповедь выглядеть так, как будто я хочу разжалобить своего судью?
– Это уже решать мне. Но я не хочу читать сухие отчёты следователей. Хочу услышать всё от тебя, глядя в глаза того, кто едва не превратил окончательно мою жизнь в ад. И ты прав – в моей власти сейчас отправить тебя прямиком на Слоридан, а может даже на Рунрит, если я приложу к тому усилия.