– Ну да, они же не съедобные, да ещё и агрессивными бывают, – согласилась Модеста.
– В прошлом они не были такими злыми, – покачала головой Халтамия, продолжая свой безмолвный телепатический рассказ, озвучиваемый через Ри-уш-фао. – Но мой народ не видел в них никакой пользы и начал уничтожать особенно рьяно, считая, что они лишнее место занимают. А потом началась война, но уже за право жить на этой земле. И она происходила не между людьми. На моих предков восстали быстро мутировавшие лиолы. Люди думали, что легко справятся с этой бедой, но не тут-то было. Растения продолжали стремительно прогрессировать, они сражали людей везде, где видели. От них было не скрыться ни в глубоких пропастях, ни на высоких горах. На открытых пространствах лиолы усиливали свою убийственную охоту за теми, кто стремился искоренить их. Сдаваться никто не хотел. Погибло множество людей, и те, кто уцелел, решили скрыться в недрах континента. Мы создали сеть тоннелей, охватившую весь Роил, там оказалось достаточно безопасно.
Модеста и Олдама переглянулись – они и без слов поняли, что за тоннели использовали Глорн и Кнеим. Теперь ясно, что они не строили всё это, а просто воспользовались тем, что оставили древние хорнеокийцы. Значит, этих катакомб может быть огромное множество, и что там скрывается, остаётся только догадываться.
– Но ведь невозможно жить постоянно во тьме, да и продовольствие тоже создавать оказалось сложно в таких условиях. Тогда мои предки решили, что можно поселиться в воде. В те времена, уже проводя генетические испытания на себе подобных, люди усовершенствовали свой организм. Мы получили возможность дышать под водой, а потом и телепатию развили – ведь на глубине морской не поговоришь, как это делаете вы, звуками. Но и там людей со временем настигли лиолы, наращивавшие свою убийственную мощь. Они тоже мутировали и прогрессировали, распространяясь стремительно не только на суше, но и под водой. Мы уже и не трогали их, просто не успевали искоренять. Лиолы разрастались очень быстро
– А за что же они так вас возненавидели, что даже под водой продолжали преследовать? – поинтересовалась Олдама. – Как я поняла, на заре вашей цивилизации лиолы не досаждали людям, так что же случилось после? Ведь была же какая-то весомая причина?
– Была. Дело в том, что мои предки считались очень практичными и выращивали лишь то, что представляло для них ценность. И вот как раз лиолы стали для них сначала просто бесполезным и потенциально опасным сорняком, который в пищу не годится, а затем, с развитием технологий, они уже были источником производства шарима и многого другого. Переработанные лиолы очень на многое годятся, из них делали ткани для одежды, изготавливали разные синтетические материалы и многое другое. И только молодые побеги лиолов шли в пищу ифкам, больше ими никто не питался. Для нас эти растения стали трамплином к техническому развитию. Но в больших количествах их не выращивали и уничтожали везде, где считали их лишними.
– Значит, на вас восстала сама природа Рубеллита, – сделала вывод Модеста. – И, похоже, вас сложно назвать победителями.
– Да, так и случилось, – вздохнула Халтамия, не скрывая своего огорчения. – Примерно двадцать поколений людей упорно боролось и противостояло лиолитам. А те немыслимо быстро разрастались и захватывали всё новые территории. Они ненавидели людей, словно имели один на всех коллективный разум. Спохватившись и решив, что были действительно слишком эгоистичны, люди решили исправить ошибки предков и наладить отношения с окружающей природой. Для этого пошли на большие жертвы, перестали уничтожать лиолы намеренно и лишь оборонялись, стараясь отстаивать свои немногочисленные поселения на поверхности планеты и под водой, тогда как основная часть населения обитала уже в катакомбах. Но к тому времени лиолы крайне возненавидели людей – ведь те делали из них многие вещи для себя.
– Думаю, в понимании этих растений, люди выглядели не просто как жестокий убийца, – сделала предположение Модеста. – Сами посудите, как бы вы отнеслись к тому, кто, убив вашего родного человека, съев его плоть, сшив из его кожи обувь и сделав из зубов ожерелье, придёт к вам с предложением дружить?