– Лишь бы Стелла сама что-то не учудила, – озадаченно взлохматил волосы Рэм.
– Ну, загрузить её работой мы можем уже сейчас, – довольно улыбнулся Том и кивнул в сторону бумаг, оставленных Рэолиором, которые продолжали лежать на столике. – Скучно ей точно не будет.
Остальные тоже обрадовались возможности свалить столь неотложное дело на терианку, потому что никто из них не любил иметь дело с бумагами.
14. Вторая ночь на Рубеллите.
Безлунная ночь, озаряемая с неба несколькими яркими созвездиями и множеством едва видимых звёзд, всё же казалась достаточно тёмной. Пейзаж Рубеллита изобиловал белыми растениями, некоторые из них слегка светились, отражаясь в прозрачных водах ручьёв и камнях, подобных стеклу. Тишина этого ночного мира наполнялась лёгким шорохом листвы и журчанием вод. Птиц и животных здесь не водилось. Пока что были найдены только микроорганизмы, жившие колониями и образовывавшие нечто, подобное кораллам. Только обитали они на суше, а не в воде.
По долине двигалась группа людей, направляясь к горам. Двое вооружённых мужчин шли впереди, освещая путь фонарями. За ними цепочкой следовали пять носильщиков. Позади шествие замыкал человек в длинной накидке с капюшоном. Он так тщательно пытался скрыть своё лицо, как будто даже не доверял это дело темноте ночи.
Мягкая трава и нечто похожее на мох, покрывавшее землю, позволяли шагать бесшумно.
– Сколько ещё идти? – вполголоса спросил один из тех, что шли впереди.
– Уже почти на месте, – так же тихо ответил второй, – главное, запомни дорогу.
– Почему нельзя было добраться днём и, хотя бы, на автомобиле, если аэромобили запрещены тут?
– Потому что к утру мы должны вернуться, да и дорог тут, как видишь, нет. И вообще, помалкивай обо всём этом. И о том, куда мы ходили, и что видели, и что слышали.
– Меня нервирует эта тишина, будто в оранжерее идёшь. Вой животных и то делает окружающий мир более реальным.
– Ничего, привыкнешь. Главное, что платят хорошо.
Спустившись в небольшой овраг и пройдя по нему метров двести, они достигли небольшого хода, ведущего под землю. Всё так же молча, люди вошли туда и, преодолев несколько десятков ступеней вниз, остановились в осушённом гроте, свод которого подпирали каменные столбы. Несколько светильников освещали стоявший тут длинный стол с двумя скамьями возле него, и пару закрытых дверей. Всё выглядело одновременно сделанным наспех, будто временное убежище, но вместе с тем и очень прочным. Никто тут не позаботился о гладких стенах, но всё же они и не остались совсем уж неотёсанной каменной породой.
За столом сидел мужчина, видимо, ожидавший ночных визитёров. Он молча, без какого-либо приветствия, смотрел как носильщики сложили тюки на стол и вместе с двумя охранниками вышли. В комнате остался только человек в накидке, тоже не произнёсший ни слова, пока его спутники не поднялись наверх.
– У тебя новый охранник? – спросил мужчина, сидевший за столом.
– Прежний начал проявлять излишнее любопытство, а это опасно для меня, – сказал пришедший, снимая накидку.
Стало видно, что он вооружён и одет в бронежилет.
– Кнеим, ты получил разрешение? Лицензию продлили? Я уже начинаю беспокоиться, – сказал, вставая из-за стола, хозяин грота.
– Нет, Глорн, но, думаю, теперь это дело быстро уладится, – ответил Кнеим, подходя к столу. – Рубеллит отдали знатной девушке, но она так неопытна и доверчива, что я даже разочаровался в подобном выборе на пост правителя. Она не будет опасна для нас, и прежде, чем что-либо поймёт, мы сможем получить желаемое. Герцогиня Амертсон нам не соперник, и если МКСА решил сюда подослать своего человека, то выбрал совсем неподходящую кандидатуру. Это даже хорошо, что правителя уже поставили. Значит, опасности они не видят и нам легче будет заполучить власть над Рубеллитом. Пусть думают, что у них всё под контролем, пока мы не закроем эту ловушку.
Кнеим презрительно улыбнулся, будто одержал очень лёгкую и быструю победу.
– Думаешь, что МКСА и ЦМБ ещё ничего не заподозрили? – усомнился Глорн. – Я уже выловил несколько подозрительных людей среди своих помощников. Кто знает, не были ли они лазутчиками? Я под разными предлогами спровадил их, стараясь не дать лишнего подвода подозревать нас в чём-либо.