Весь день Стелла почти не поднималась с постели. Остальные нервничали.
Тибо единственный выглядел вполне себе довольным и спокойным. Ведь Стелла жива и его узнаёт – остальное, как он полагал, не важно. Даже на прогулку самостоятельно пару раз ушёл, отважившись оставить хозяйку одну, пока та спала.
Крурады разместились в «Инрогде» и теперь лишний раз не напоминали о себе. Им запрещено было куда-либо отлучаться и во что-то вмешиваться.
Рэм периодически не только наведывался к Стелле, чтобы узнать, как у той состояние, но и приносил еду, не позволяя много двигаться.
Артур, переживая и будто подгоняя время, ненавязчиво пару раз посетил пострадавшую. Он хотел лично убедиться, что Рэм не выгораживает Стеллу и та действительно пока не способна окончательно прийти в себя. Непродолжительный разговор дал понять, что она и правда о многом забыла. Чтобы проверить реакцию на остальных членов команды, под разными предлогами к ней зашли по одному Том и Рэолиор. Никто из них не вызвал в ней негативных эмоций.
Утро застало на ногах всех. Артур уже с утра задал каждому работу. И так или иначе, всё это касалось Стеллы. Так как за минувшие сутки её память не сдвинулась в нужном направлении, решили немного подтолкнуть события, учитывая, что физическое состояние пациентки Рэм оценивал уже как вполне удовлетворительное.
Том и Рэм, которые обладали знаниями в разных науках, первыми приступили к воплощению плана. Они почти без перерыва устраивали Стелле экзамены, пытаясь расшевелить её память. Сверхисследовательница только с круглыми от изумления глазами отвечала на их вопросы и неизменно делала для себя открытия, что знает гораздо больше, чем предполагала.
Ближе к вечеру силы руктаорца и зэрграверянина были исчерпаны.
– Чувствую себя, как выжатый лимон, – пожаловался Рэм, когда все четверо собрались в кабинете, предоставив Стелле передышку.
– Я провёл ей жёсткий экзамен по физике, химии и современной механике. Но всё беспросветно, – признался Том. – Стелла отвечает на всё без запинки и лишь изумляется, откуда ей это известно. Я уже даже не знаю, о чём её ещё спрашивать. Она же сверхисследовательница, у неё такой багаж знаний, что во многих сферах он превышает всё, чем обладаем мы все вместе взятые. А между тем, осознанная память так и осталась на том же месте.
– Попробую тоже дать ей какие-то задания, – вызвался Артур.
– Нет, ты лучше пока ей на глаза не показывайся, – отверг такую идею Рэм. – Разве не заметил, что Стелла чуть ли не заикаться начинает при виде тебя? Не забывайте – она сейчас эмоционально в прошлом и ничего не знает о настоящем. Ты с ней был так строг поначалу, Артур, что бедняжка до сих пор дрожит, как кролик. Она ведь не помнит, что потом многое изменилось. В её памяти ты остался строгим и требовательным командиром, который не давал ей спуску и отчитывал за любую оплошность, в надежде, что она уйдёт из команды.
– Тогда попытаюсь я. У Стеллы пока ко мне полностью лояльное и ровное отношение, как к незнакомцу, с которым не связано ни плохих, ни хороших воспоминаний, – сказал Рэолиор.
– А может, наоборот, ей встряска нужна? – терялся в догадках Том. – Что-то такое, что способно дать толчок к пробуждению памяти?
– Мало того, что Стелла уже перенесла? – не одобрял подобных методов Артур. – Ведь точно не на пустом месте такое случилось. Да, пропасть сыграла, возможно, значительную роль, но не главную. Ведь взрыв корабля и присутствие рядом леруев у Стеллы ассоциировалось с куда более страшным событием в её жизни – катастрофой в космическом катере.
«И где и когда она в таком побывать успела?» – подумал Рэолиор.
Он всё подмечал и не упускал ни одного слова коллег, даже оброненного вскользь. Только пока в их тайны проникнуть не мог.
– Не думаю, что клин клином выбивать в этом случае поможет, – усомнился Рэм. – В любом случае, даже двух суток не прошло после катастрофы, дадим Стелле ещё немного времени. А то из лучших побуждений совсем добьём её.
Но до утра ситуация не изменилась. Решив поднажать, Стеллу с самого утра вызвали в кабинет. Сначала с ней занимался Рэолиор, устроив настоящие экзамены по математике, истории разных планет и законам ОПМП. Потом снова подключился Рэм, на этот раз занявшись наукой о ядах и ботаникой.
Ближе к полудню, измучив всех своих экзаменаторов, Стелла оставалась всё в том же состоянии недоумения и разве что обзавелась ко всему прочему лёгкой головной болью. Память упорно пробуждаться не хотела.