Модеста не отважилась снимать повязки с глаз пациентки, но постаралась ускорить их регенерацию. Боль врачи уже убрали с помощью лекарств, но лиолиты остались – или уже достаточно прижились, или их ещё не попытались извлечь. Вновь спрятавшись за ширму и вернув силы медсестре, Модеста лишь убедилась, что та проснулась и не заподозрила ничего пугающего в своём состоянии, видимо просто списав усталость на ночную смену.
Понимая, что особой пользы сейчас не сможет принести здесь, Модеста не стала задерживаться и поспешила уйти тем же путём, которым пришла. Искать мужчину она не стала, ведь его состояние было гораздо лучше, а лиолиты она не могла вот так быстро удалить. Стоило подумать, надо ли вообще их трогать, не принесёт ли это ещё больше вреда несчастным людям.
Леджер Сейлан смотрел слишком недоверчиво на Раина, с трудом скрывавшего виноватое выражение своего лица. В рабочем кабинете главы правительства, находившегося в огромном лайнере, повисло недоумённое молчание.
– Что значит исчез? Как такое возможно? – Леджер старался вникнуть в то, что ему сообщили, но логика отказывалась верить в услышанное. – Куда могла деться целая планета?
– Рубеллит виден визуально, но мы не можем к нему приблизится, вся аппаратура тут же выходит из строя, – пояснил главный патрульный, стоя перед правителем.
– Я вообще не понимаю, почему тогда идёт речь об исчезновении. Раз планету видно, то всё в порядке. А аппаратура часто где выходит из строя. Ищите причину.
– В том-то и дело, что Рубеллит видно только визуально. Ни одна система не подтверждает его наличия. По всем показаниям там, если можно так выразится, пустое место. Даже мелкого астероида не улавливается. Вообще ни одного объекта. А планета ведь не маленькая. Обоснованных объяснений всему этому пока нет, но у нас родились подозрения…
– Говори.
– Мы опасаемся, что это может быть как-то связано с теми таинственными хорнеокийцами, которые засели на Адуляре.
– Они по-прежнему не дают о себе знать, хоть со времени, когда они вернулись к себе, прошло уже достаточно времени. Это действительно странно.
Правитель призадумался. Посмотрел донесения пограничников Сферы и даже исследователей из МИИ, успевших уже слетать к Рубеллиту, но все свидетельствовали только об одном – Рубеллит есть, но одновременно его нет. Просто планета-невидимка, не иначе.
– Ну не считаешь же ты, что Рубеллит всего лишь огромный мираж в космосе? – с недоверием произнёс Сейлан.
– Если бы прилетел туда только сейчас, то возможно и склонился бы к такой версии, – не стал отрицать Раин. – Но там остались люди. И их не мало.
– Пробовали десантироваться как-то на планету?
– Нет. Едва приближаемся, сразу выходят из строя все системы. А чтобы высадить десант в таких условиях, необходимо подойти к Рубеллиту вдвое ближе. Но там уже, скорее всего, ни одна система работать не сможет. Нам даже пришлось отвести все корабли подальше, чтобы не рисковать экипажами и пассажирами.
– Но что происходит в Миари? Люди живы?
– Не знаю. Нам не удалось рассмотреть город и вообще поверхность планеты, будто всё покрыто каким-то туманом, но думаю, это тоже следствие каких-то искусственно созданных помех. Весь Рубеллит похож на изменчивый мираж, изображения расплываются, ни снимков, ни съёмку, ни даже спектральный анализ температур на поверхности сделать не получается.
– Плохо. Очень плохо. Работайте, думайте, ищите. От Рубеллита не уходить и постоянно наблюдать, – распорядился Сейлан.
Раин коротко по-военному кивнул и быстро, почти чеканя шаг, покинул кабинет.
Стелла нехотя ответила на звонок, что поступил на компьютер. Зная, что её вызывают из «Палеуса», она не горела желанием общаться, чувствуя ещё нанесённую ей обиду.