– А что с женщиной? Том сказал, что обнаружили двоих с лиолитами в глазах, – напомнила Стелла.
– Тут есть некоторые сложности – она очень недоверчиво, практически агрессивно, относится к окружающим и не выразила желания, чтобы ей вернули зрение. Даже осмотреть свои глаза не позволила, – поведал Рэм. – Против её воли ничего сделать не получится, иначе мы сами нарушим закон.
– Из записей медперсонала мы узнали только, что её зовут Тая, но так ли это на самом деле, никто не знает. Женщина, как сказали медсёстры, даже не сразу реагирует на это имя, которое назвала лишь раз. Она ведёт себя очень скрытно и недоверчиво, – добавил Артур. – Но я скопировал фотографии обоих пострадавших из сведений в больнице, и Стелла прикрепит их к отчёту для ЦМБ. Пусть поищут, что есть на этих людей. Ну, и разумеется, фотографию женщины уже послал Юдифи.
– А предыдущих узников ты проверил? – спросил Том.
– Да, я сразу тогда отправил отчёт, – кивнул Артур.
– Юдифь так и не узнала никого из них? – спросил Рэм.
– Нет, хоть несколько женщин, показавшимися ей знакомыми, она просила проверить дополнительно, но пока ничего не подтвердилось, они не находились там, где были мои дети и Юдифь. Сами ведь понимаете, что время меняет внешность, и особенно сильно, если жизнь оказалась полной лишений.
– Мне кажутся знакомыми черты лица этой женщины, – Том посмотрел на снимок, что прилагался к документам, которые командир скопировал в больнице. – Но пока не могу хоть с кем-то её соотнести.
– Правда? – оживился Артур. – Вот и мне так показалось, но из-за повязок сложно рассмотреть лицо, которое ещё и пытались отворачивать от нас. В любом случае женщину по имени Тая я точно не знаю. Может, просто видели её где-то мельком или она нам кого-то напоминает?
– Мне она незнакома, – сказала Стелла, тоже взглянув на фотографию, и даже показала её Тибо, пожелавшему сунуть свой нос в это дело. – Но судить о внешности сложно, когда глаза закрыты.
Рэм, соглашаясь, кивнул – фотографировали пострадавшую при поступлении в больницу хоть и без повязок на глазах, но в бессознательном состоянии, что объясняло то, что запечатлеть взгляд не получилось.
110. Последний удар врага.
Утреннее солнце засияло в полной силе, сменив короткий рассвет, и Рэолиор потёр уставшие после бессонной ночи глаза. Он уже пару часов наблюдал за допросом Глорна, который проводил местный следователь. Принадлежность Рэолиора к ЦМБ позволила присутствовать при этой малоприятной процедуре, он хотел сам слышать, что скажет этот человек, а не исследовать после сухой протокол допроса. Ведь иногда важны даже интонации голоса, взгляд, мимика, чтобы понять лучше человека, но и съёмка иногда искажает впечатление, не говоря уже об аудиозаписи или простом печатном тексте.
Как только арестованный Глорн достаточно пришёл в себя после устроенной Мод атаки на всех и вся, кто окружали её тогда в бункере, его сразу начали допрашивать. Несмотря на то, что стояла глубокая ночь, Рэолиор не отправился отдыхать, хоть предыдущий день выдался сложным. Главное, что его ещё и Стелла не пыталась разыскать с намерением вновь припомнить ему все грехи. Ведь к прежним «заслугам» перед терианкой теперь добавились ещё так не вовремя надетое на неё кольцо, что она восприняла как отдельное оскорбление, а потом тот злополучный чай. Впрочем, последний оказался даже очень кстати – после него Стелла сразу очнулась, получив очень хорошую встряску. Артур уже предупредил Рэолиора, что терианку и Тибо доставили в «Палеус», умолчав при этом, где те так надёжно прятались последние пару суток.
Уже выслушав все обычные вопросы следователя и скупые ответы арестованного, Рэолиор был рад, что ему не пришлось всё это делать самому. Проводить лично допрос он не стремился, но всё же несколько вопросов задать хотелось. Завершив процедуру, следователь дал знак, что Рэолиор тоже может поговорить с Глорном.