Его высокомерно-жёсткий взгляд однозначно указывал на то, что он среди своего народа не последняя личность. И он ждал ответа.
Земляне растерялись.
– Где Ри-уш-фао? – тихо спросила Кипса Оана, не зная, как дальше общаться без переводчика.
– Я послал за ним Вейда, – также негромко ответил командир трёх Групп Риска, хотя хорнеокиец их слышать не мог.
В кабинет ворвался со скоростью вихря помощник Кипса, притормозив лишь у стола Оаны. В руках молодой человек держал небольшую плоскую коробочку, в которой удобно устроился кинаски.
– Как хорошо, что этот экземпляр мы не отослали в МИИ, – произнесла Оана, и обратилась к серому существу: – Настал твой звёздный час, Ри. Ты будешь связным звеном на этом первом официальном контакте двух цивилизаций.
Кинаски аж просиял. Все его немногочисленные «усики» и «пёрышки» затрепетали от предвкушения нового удовольствия.
Краглиан, вопреки всему, оказался достаточно терпелив. Он проявил выдержку, понимая, что люди на том конце привыкли к другому способу общения. Поэтому, не открывая рта и лишь показывая письменные сообщения, взялся вести диалог, оставаясь немногословным. В ответ Ри-уш-фао, которого посадили тоже просто на кусок шарима, оставленного тут Халтамией, что-то выцарапывал аналогичными иероглифами, используя одно из своих «пёрышек», которое резко удлинилось.
– Мы хотим встретиться с вами, – как только все представились и было установлено прочное взаимодействие переводчика с обеими сторонами, перешёл к делу Краглиан.
– Можем сказать то же самое, – ответила Оана, глядя в глаза собеседника.
Краглиан показал очередной текст.
– Ого! – воскликнул невольно удивлённый Ри, а потом уже озвучил дословный перевод прочитанного: – Хорнеокийцы требуют, чтобы не позже, чем через два дня, вы прислали к ним делегацию послов.
– Почему так скоро? – встревожился Кипс.
– Вероятно, опасаются, что мы можем придумать какую-то ловушку для них, – предположила Оана. – Ри, передай этому строгому господину, что мы готовы к диалогу.
– Прекрасно, – ответил в свою очередь Краглиан, прочтя ответ. – Условия встречи мы передадим вам уже завтра.
Связь оборвалась очень быстро, без долгих прощаний и выражений пожелания взаимной дружбы и надежд на дальнейшее сотрудничество между двух цивилизаций.
– Что ты обо всём этом думаешь? – посмотрела на Кипса Оана.
– Нам сложно судить о чём-либо относительно этих людей, – осторожно выразил своё мнение Кипс. – Этот Краглиан явно не мелкая пешка среди своих. Только его строгий вид и властный взгляд лишь в нашем понимании могут выглядеть, как высокомерие кого-то сильного и непобедимого. У них же, хорнеокийцев, это может являться просто проявлением хорошего тона, когда человек не демонстрирует ярко эмоции.
– Вот и меня это беспокоит, – призналась Оана. – И времени нам дали крайне мало.
– Думаешь, это хорнеокийцы приложили руку к тому, что на Рубеллите происходило накануне?
– Нет. Уже ведь выяснили, что это происки врагов из нашего мира. Но, подозреваю, – призадумалась Оана, откинувшись на спинку кресла, – что хорнеокийцы тоже за всем этим пристально наблюдали. Ведь Рубеллит мог стать недоступным и для них.
– И перепугались? – осмелился предположить Вейд, ожидая команды вновь отнести Ри-уш-фао в отведённую ему лично комнату.
– Всё может быть. Иначе, чем объяснить их столь внезапное желание познакомиться с нами ближе? – пожала плечами Оана.
– Верно, – согласился Кипс. – Либо они всерьёз перепугались, осознав, что непрошенные захватчики их родины устроили там нечто невиданное. Либо всё это время строили какие-то свои планы и теперь, выработав стратегию линии поведения относительно нас, решили приступить к действию.
– Надо будет подготовить особую команду парламентёров, – Оана серьёзно подошла к вопросу. – Тут банально традиционные в нашем понимании дипломаты не справятся.
111. Давние обиды.
Артур взглядом указал Стелле, мрачно нахмурившейся, на одно из кресел, а сам сел напротив. Тибо молча лёг возле хозяйки на ковре, демонстрируя таким образом ей свою поддержку, а Рэм и Том устроились на диване.
– Вы, вообще, на чьей стороне? – начала с места в карьер Стелла.