Артура поразило, сколько ненависти прозвучало в голосе Таи. Он просто не мог поверить такой реакции этой женщины.
– Твой муж уничтожал териан, после ты сама была в плену у леруев, и при этом испытываешь ненависть к той, которой посчастливилось спастись и выжить?
Тая вновь резко подняла голову и бросила в лицо Артуру обвинительные слова:
– А чем провинилась я? Я не убивала териан, и даже не подозревала о всех преступлениях моего мужа и императора Викула. Да я вообще почти не помнила некоторый отрезок своей жизни, до того, как попала на Теру! И никто не пожелал разобраться в моей судьбе, а просто сослали бы на Слоридан.
– Но ты туда не попала, – напомнил Артур.
– Да, меня опять выкрали леруи. За меня никто не предложил бы даже выкупа. Так что идти в любом случае мне некуда. ЦМБ нашло бы меня сразу и сослало на Слоридан.
– У тебя есть родные?
– Были. Отец и брат, – равнодушно ответила Тая, не проявив ни тёплых чувств при этих воспоминаниях, ни печали.
– Их убили леруи? – предположил Артур.
– Если бы! Когда леруи убили моего мужа и выкрали меня, они предложили вернуть меня за огромный выкуп и согласие отца стать их марионеткой, он тот сказал лишь короткое – нет.
– Что-то я не понимаю… как леруи могли убить твоего мужа, если он погиб уже убегая с Теры вместе с Викулом?
Тая с горечью усмехнулась и пояснила:
– Я говорю о моём первом муже, когда моя семья ещё и не слышала о леруях. Они обратили внимание на отца и его статус, видимо, посчитали, что получат выгоду, и под их удар попали я и мой муж. Наш род слишком гордый, чтобы склоняться под чужое ярмо и идти на поводу шантажистов, пусть и ценою жизни кого-то из нас, а потому больше переговоров и не было.
– А брат?
– Он рад был избавиться от меня, так как я по старшинству наследовала власть отца и состояние нашей семьи. А брат лишь жил бы при мне, не имея забот, но лишённый влияния. Теперь же он получил всё.
– И как же ты стала женой леруя? Согласилась работать на них?
Тая сникла, призадумалась и, несколько неуверенно, произнесла:
– Я долго не могла вспомнить этот отрезок моей жизни, но вычислила, что между тем, как меня выкрали из дома отца, и до того времени, когда я уже попала на Теру в качестве жены леруя и одной из фрейлин императрицы Иды, прошло около года.
– То есть, ты ничего не помнишь?
– Воспоминания возвращаются понемногу, но всё же очень большие пробелы остаются.
– А что ты помнишь? Может, скажешь своё настоящее имя?
– Оно сейчас не имеет значения, – покачала головой Тая.
«Ничего, это мы и так выясним быстро», – подумал Артур, и спросил:
– А что имеет значение?
Женщина погрузилась в свои мысли, потом она с сомнением произнесла:
– Я не могу с уверенностью сказать, что действительно произошло в моей жизни, пока я находилась в плену. Иногда кажется, что лишь мои тусклые воспоминания о прошлом пытаются прорваться сквозь туман забвения, а порой это больше похоже на отголоски сновидений. Но всё чаще, даже во сне, я вижу мальчика на своих руках. И воспринимаю его, как сына…
– У тебя действительно был ребёнок, – тихо промолвил Артур, желая расшевелить её память.
Тая встрепенулась, подалась к Артуру, будто хотела о чём-то попросить, но после, видимо вспомнив, с кем разговаривает, вновь замкнулась в себе, отделавшись коротким ответом:
– Не знаю.
– А я знаю, – уже с уверенностью произнёс Артур. – Но ты даже не помнишь, что с ним случилось?
Женщина опять будто ушла в себя, а потом, видимо, сложив обрывки воспоминаний, ответила:
– Да, у меня был сын. Конечно же был… Вскоре после того, как попала в плен, я родила сына. Он был моим первенцем, которому предстояло стать наследником гордой династии, а в итоге оказался рабом. Но однажды нас выкупил какой-то человек.
– Кто?
– Он не назвал имени и лица не показал. Просто провёл со мной короткую беседу. Сказал, что долго искал меня и выкупил.
– Явно ведь не бескорыстно.
– Да. Он не скрывал этого. Но мне было всё равно, потому что его условия меня устраивали.