– Я понял. Но ты куда собрался? – поинтересовался руктаорец, глядя как землянин быстро что-то проверяет на радарах.
– Надо увидеться с Лейлой. Она точно должна знать больше, чем простые патрульные, – решил Артур. – Я переоденусь и отправлюсь в Миари. Под неразберихой, что сейчас творится там, попробую поговорить если не с герцогиней, то хотя бы с Левмером. Вряд ли они спокойно спят, не ведая о происходящем. А ночью, как я уверен, запланированные совещания не проводят.
Командир выбежал из рубки в том же темпе, каком минутой раньше её покинул врач.
Артур переоделся и добрался до одного из катеров за считанные минуты. Оружие он взял только паралитическое, спрятав его под удлинённым светлым пиджаком. Такого же тона рубашка и брюки соответствовали негласной моде на одежду, заведённую уже на Рубеллите. О подобных новшествах успела за обедом рассказать Стелла, искавшая последнюю информацию об этой планете, в том числе в светских каналах и новостях.
Быстро добравшись до Миари, куда путь ему окрыли патрульные, сопроводив должным разрешением на посадку, Артур приземлился в пятидесяти метрах от дороги, что вела прямо на центральную площадь. Несмотря на глубокую ночь, окна ближайших гостиниц и домов светились, выдавая то, что их обитатели не спят. Некоторые наблюдали всю эту суматоху, выйдя на улицу или балконы, но всё же стражи порядка следили за тем, чтобы возле ратуши любопытные не толпились.
На самой площади по очереди совершали посадку катера космического патруля, забирая пострадавших и тут же взлетая.
Артур невольно огляделся, созерцая невиданный пейзаж. Нечто подобное по цвету он видел на Югеале, но тут тёплые тона, а не холодно-голубые, и даже ночью видны на белоснежной растительности нежно-розовые оттенки. Казалось, что белый снег сверкает в огнях ночной иллюминации. И ещё, как он отметил, было невероятно тихо. Тишину нарушали лишь садящиеся и взлетающие катера, да голоса людей. Сама природа не издавала ни звука, даже листва не шелестела, потому что ветер совсем не ощущался. Воздух казался мягким и насыщенным едва уловимым цветочным ароматом и свежестью чистой родниковой воды.
Чуть ближе к самой ратуше, с правой стороны, на площади Артур заметил сцену и несколько рядов переносных скамеек. Видимо, в эти дни тут давали представление.
Быстро направившись к ратуше, командир Группы Риска-III мимоходом продолжал анализировать то, что мог визуально заметить в этом мире. Взлетел последний катер патрульных, увозя пострадавших, и на площади стало гораздо тише. Даже число любопытных зевак у домов и на балконах начало убавляться.
Без раздумий Артур поднялся по лестнице, ведущей к главному входу ратуши. Его здесь остановили охранники, но не из числа телохранителей. Их тут – как ему доложили, увидев его удостоверение, которое в сложившейся ситуации очень даже к месту было предъявить – выставил мэр, для усиления безопасности правительницы.
Прошло всего несколько минут, и один из вызванных телохранителей молча явился, чтобы сопроводить Артура к правительнице. Одетый в чёрную одежду, напоминающую восточный стиль, но полностью закрытую, даже лицо до глаз скрывал плотный шёлк. Как догадался землянин, имея не малый опыт работы в ЦМБ, эта ткань исполняла далеко не просто функцию маскировки, а могла как минимум служить противогазом.
Они молча поднялись на третий этаж и Артур понял, что здесь уже располагаются жилые апартаменты, а не просто рабочие кабинеты и залы для заседаний. Жестом попросив визитёра подождать в широком коридоре, телохранитель скрылся за одной из дверей.
Лейла, выслушав объяснения Глориозы, задумчиво прошлась по комнате туда-сюда и спросила у Левмера:
– Кто-то уже прибыл для изучения природы Рубеллита? Или отсюда просто отсылают образцы в МИИ?
– Нет, буквально вчера прислали пару исследователей, – доложил управляющий. – Они тоже просили встречи с тобой, но я отказал им, считая, что это не столь насущно, как другие вопросы. Разрешение на работу у них есть, а срочного они ничего сообщить не могли.
– Хорошо, но всё равно назначь им встречу со мной на ближайшее время. Желательно, уже сегодня.
Лейла взглянула на огромные часы, что исполняли также и декоративную функцию в этой гостиной, сообразив, что уже не так далеко до рассвета.