– Я просто неожиданно закричала, и потому они этого не выдержали, – вмешалась Глориоза, пытаясь прикрыть истину и оградить энерговампира от подозрений.
Но её попытка всё оправдать выглядела донельзя жалкой в глазах салжурца.
– Правда? – пытливый и недоверчивый взор Рофеса остановился на индианке. – Я могу поверить, что люди пострадали, всё же хорнеокийцы особенная раса с особенно чувствительным слухом. Но что с ифками? Это не те животные, которые звуков боятся, насколько я знаю.
Глориоза стушевалась и опустила взгляд, машинально гладя терианку по голове. Но Стелла единственная сейчас из всех не пыталась прийти кому-то на помощь, как и вопросов не задавала.
Рофес выдержал паузу и обратился к Рэолиору:
– Ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь и какие претензии имею. И раз уж мы все тут оказались в одинаковых условиях, давай поговорим начистоту. Нам нужно выбираться отсюда общими усилиями, и я не гарантирую того, что смогу в ближайшие минуты благополучно и безопасно перетащить вас всех в другое место. Поэтому, будем прорываться к кораблю.
– Согласен, – сказал Рэолиор. – Нам сейчас нужна сплочённость.
– И ещё доверие, – добавил Рофес, продолжая сверлить того жёлтыми глазами. – Я достаточно умён, чтобы понять, что ты сейчас мне, по сути, не только свободу, но и жизнь вернул. Оставаясь там, в этой энергетической ловушке, я бы не смог выбраться сам. Поэтому, будем считать, что свой долг перед моим народом ты закрыл, когда спас меня. Так что можешь говорить, какие фокусы ты тут продемонстрировал, что не пострадал сам и сумел помочь нам. Я сохраню любую тайну.
Рэолиор видел, что отношение форсангера к нему в корне изменилось. Тот продемонстрировал, что умеет быть благодарным и когда надо оставляет своё высокомерие в стороне из соображений прагматизма. А сейчас требовалось всем выжить, а не сводить старые счёты. И успех всего мог основываться только на взаимном доверии. Что ж, сумев уменьшить список своих потенциальных врагов, Рэолиор теперь должен был продемонстрировать искренность со своей стороны. Ведь в будущем и для Стеллы это станет весомым аргументом, чтобы перестать считать Рэолиора недругом, засланным к ним с недобрыми намерениями.
– Я скажу, как это сделал, но с одним условием – Стелла ничего не должна узнать, – неожиданно выдал Рэолиор.
Рофес удивился.
Рэолиор не спешил с откровениями. Глориоза начинала нервничать, понимая, к чему всё идёт. И только Стелла пока пребывала в полнейшем покое, так и не очнувшись. Именно на терианку сейчас и посмотрел энерговампир.
– Почему только Стелла? – удивился Рофес. – А Глориоза не в счёт?
– Она на моей стороне, и, по определённым причинам, ей не выгодно распространяться о моих талантах. Но вот Стелле пока лучше всего обо мне не знать.
Удивившись, что Рэолиор больше доверяет какой-то малозначительной телохранительнице, чем Стелле, форсангер всё же оставил своё мнение при себе, не желая, возможно непреднамеренно, как-то обидеть этим Глориозу. А вдруг она серый кардинал при герцогине Амертсон?
– Что ж, я сохраню тайну, – подумав, пообещал Рофес.
– Я знаю, что вопросы возникнут неизменно, – произнёс Рэолиор то, что не озвучил, если бы Стелла могла это слышать. – Поэтому, лучше действительно всё прояснить сейчас. Я открою правду о себе лишь потому, что всем нам придётся потом давать пояснения и наши показания должны полностью совпадать.
Рофес слегка удивился, пока не понимая, к чему клонит Рэолиор, но тот продолжил:
– В общем, я тоже кое-чем обладаю. Я – энерговампир. И так как моё воздействие на вас сейчас можно легко отследить, ведь я подпитываю всех вас в данный момент своими силами, то я буду очень признателен, если вы сможете избежать разного рода обследований сразу после возвращения.
– Ну, или хотя бы оттянете с этим делом на полчаса, – тихо вставила Глориоза, следя взглядом вокруг, чтобы враг не подобрался неожиданно.
Рэолиор кивком подтвердил согласие с её словами.
– Ты тоже форсангер? – Рофес по-новому посмотрел на новенького из Группы Риска.