– А кто же ещё?
– Скорее, сдающая экзамен, подтверждающий твою, так сказать, профпригодность. Вот только Центр не знает, кто может явиться сюда, чтобы усложнить тебе задание. Поэтому мы были так огорчены, когда узнали, что править будешь именно ты, а не какой-нибудь джентльмен, поднаторевший в подобных делах. Рубеллит становится яблоком раздора, и то, что его отдали тебе, не значит, что другие смирятся с таким решением вопроса.
– И что же теперь будет? – Лейла почувствовала, как что-то похожее на панику забирается в её душу.
– Либо ты подчинишься тем, кто действительно хочет владеть Рубеллитом, либо будешь воевать с ними.
– Но я не умею воевать! Да и не хочу. Я даже не знаю, кто мой враг! – встревоженная девушка мельком взглянула в сторону балкона, будто оттуда в эту секунду нападёт противник.
– В открытую войну он сразу не вступит, – успокоила её Глориоза. – Во многих случаях это начинается с мелких пакостей и скрытого саботажа. Пока тебе главное сохранять спокойствие и не пренебрегать мерами безопасности. В остальном мы тебя подстрахуем, да и вряд ли ЦМБ оставит всё на самотёк. Ведь и наших знакомых прислали сюда не просто так. Значит, ждали чего-то подобного.
– Всё это не добавляет мне уверенности, – призналась Лейла. – Всегда чувствовала себя спокойнее, когда меня где-то оставляли или куда-то отпускали без охраны. Отсутствие последней в некоторой степени свидетельствовало, что рядом нет ничего опасного.
В гостиную вошёл Левмер. Бросив внимательный взгляд на неспокойную герцогиню и сосредоточенно-серьёзную индианку, он понял, что разговор у них состоялся не о праздных вещах.
– Извините, что потревожил, но там спрашивают, в котором часу ты завтра едешь на рудники, – сообщил причину своего вторжения Эдуард.
– Кнеим прислал человека? – уточнила Лейла.
– Нет, он собственной персоной явился узнать это. Хочет лично завтра встретить и после сопровождать тебя.
– Какая забота… Ну, что ж, скажи, что поедем ближе к полудню, утром у меня запланированы встречи.
Левмер кивнул и собрался уже уйти, но его жестом остановила Глориоза.
– Эдуард, возвращайся сюда, когда передашь ответ Кнеиму. Тебе тоже не лишним будет узнать, что тут происходит.
– Я быстро, – ответил тот и почти выбежал из комнаты.
Он вернулся действительно скоро и, устроившись на стуле возле Лейлы, приготовился слушать.
– Ситуация, к сожалению, вышла из-под контроля, и записка тому подтверждение, – начала Глориоза и, кратко сообщив Левмеру об анонимке, продолжила: – Мы уже два месяца наблюдаем за Рубеллитом и событиями, происходящими тут. Как выяснилось, здесь в цене не природные ископаемые, вернее не все из них. Тут негласно выше всего ценится пока только одно – лиолиты.
– Камни, вырабатываемые лиолами? – удивилась Лейла. – Они настолько красивы или полезны?
– В обработанном виде они похожи на бриллианты, но только более хрупкие. Эти кристаллы ценны тем, что опасны физически. При определённых условиях, как вы уже знаете, они могут парализовать и даже убивать.
– Ага, они оружие здешних микроскопических туземцев, – усмехнулся Левмер. – Но мы же воевать с ними не собираемся?
– С ними – нет, но они уже дали нашим врагам оружие, пусть и не по своей воле, – ответила серьёзно Глориоза, понимая, что собеседники пока не представляют масштабы угрозы. – Мы, как я говорила, следили за деятельностью на Рубеллите, Олдама попутно изучала здешний мир. А недавно мы наткнулись на подземный грот, который один человек, по имени Глорн, превратил в нечто подобное бункеру, и засел там не просто так. Он исследователь, учёный, занимается лиолитами и лиолами. При этом компромат на него сложно найти. Все свои записи делает очень зашифровано, и даже, скорее всего, не сам пишет, чтобы почерк не выдал его причастность. То, что нам удалось достать, рассыпалось в прах буквально на следующий день. Так что неопровержимых улик нет, а в электронных носителях не имеется ничего конкретного, что указывало бы на его причастность. Глорн скрывается от людей и общается, вероятно, пока только с Кнеимом.
– С ним? Так вот почему вы так не доверяете Кнеиму. Но что они тут такого нашли? В шахтах тоже добывают нечто малоизученное? – предположила Лейла.