– Я уже разработала прикрытие, – сказала Николь – Вскоре моя группа связи пришлет тебе записи.
– Превосходно, – обрадовался Лукас. – Теперь давайте решим, что скажем Грегасу, Уэсли и капитану. Итак, Уэсли и капитан поверят, что человек в вентиляции якобы был техническим работником. Проблема в том, что Грегас не поверит.
Он посмотрел на Меган.
– Я хотел бы, чтобы ты пошла и задала вопрос Уэсли.
– Он не станет отвечать, – возразила Меган. – Оба мальчика отказываются отвечать на любые вопросы даже под влиянием гипноза. Именно поэтому Эмбер пришлось читать их разумы.
– Они не отвечали на вопросы о произошедшем во время встречи с дикой пчелой, поскольку боялись влипнуть в неприятности, – уточнил Лукас. – Но сейчас Уэсли не станет противиться. Я просто хочу, чтобы ты спросила его, какую должность лотерея дала сестре Грегаса, Эмбер.
Меган растерянно взглянула на Лукаса, но вышла из комнаты. Всего через пару минут она вернулась и снова села.
– Уэсли сказал мне, что Эмбер – исследователь первого уровня с собственным отрядом.
– Это делает все гораздо проще, – сказал Лукас. – Когда Эмбер призналась семье, что руководит не исследовательским отрядом, а подразделением безопасности, Грегас спросил, не сможет ли она устроить, чтобы лотерея дала ему место в отряде сестры. Я ответил, что это возможно, но предупредил, мол, в службу безопасности не принимают тех, кто нарушает предписания секретности улья.
Лукас помолчал.
– Грегас воспринял предупреждение всерьез. И даже лучшему другу не рассказал, что Эмбер руководит отделом безопасности. Поскольку мы можем верить, что Грегас сохранит тайну, полагаю, мы расскажем ему правду.
Я бросила на Лукаса потрясенный взгляд.
– Какую часть правды?
– Всю, – ответил Лукас. – Что человек, встреченный им в туннеле, был дикой пчелой. Что носачи – это фальшивка, призванная удержать людей от совершения преступлений. Что его сестра – один из пяти истинных телепатов улья. А сам он пограничный телепат, получающий всполохи откликов от разумов.
– Нет! – Я тут же покачала головой. – Мы не можем. Грегас ненавидит носачей. Я помню, какой шок испытала, когда мне открыли правду. И перешла от ненависти к носачам к ненависти к самой себе.
Меган испуганно посмотрела на меня.
– Эмбер, ты никогда мне об этом не говорила.
– Не хотела обсуждать, – ответила я. – И пыталась об этом не думать, но голос отвращения к себе постоянно мучил меня. Прошло много времени, прежде чем я преодолела это и приняла свою телепатию. Даже сейчас я не уверена, что полностью справилось с проблемой. Это похоже на злобную тень разума цели, прячущуюся в моем подсознании, только исходит она не извне, а от меня.
Меган повернулась к Базз.
– Ты знала об этом?
– Я ни с кем не делюсь конфиденциальной информацией об Эмбер, – ответила Базз.
– Но тогда ее консультантом была я и…
Базз перебила Меган.
– Ты была консультантом Эмбер тогда, а я – сейчас и намерена уважать ее личную тайну.
Меган подавленно вздохнула и опустилась обратно в кресло.
Меня слишком занимал брат, чтобы тревожиться о ее чувствах.
– Правда окажется для Грегаса такой же большой проблемой, как и для меня. Возможно, даже хуже. Он возненавидит не только себя. Но и меня тоже.
– Ему надо что-то сказать, – настаивал Лукас. – Что, если он продолжит получать отклики?
– Грегас получил отклик только потому, что оказался в угрожающей жизни ситуации, – возразила я. – Больше этого не случится.
– Продолжит он получать отклики или нет, зависит от того, насколько полно пробудились его способности, – с сомнением заметила Базз.
– В любом случае, ему придется узнать правду, когда он пройдет лотерею, – прибавил Лукас.
– До этого еще несколько лет, – сказала я. ягзшуз – Он станет старше. И сумеет легче справиться.
– Мы должны найти возможность просветить твоего брата, не вызвав отвращения к себе, – проговорила Базз.
– Я категорически запрещаю рассказывать Грегасу правду, – решительно перебила я. – Риск слишком велик.
Последовало неловкое молчание, затем Лукас заключил:
– Значит, нам придется снова использовать историю о вражеском агенте.
Глава 17
Меган, Лукас и я вернулись в комнату, где на кушетке лежал Грегас. Меган отодвинула в угол технический дисплей, убрала металлические пластины со лба моего брата и что-то прошептала ему на ухо.