Эрис молча проводила её взглядом, дождавшись, пока Лу войдет в здание аэропорта, и тихо призналась:
— Я попросила тебя сопровождать меня, потому что хотела лучше понять, кто ты и чем обусловлена наша связь. Потому что…
— Потому что, возможно, я не один такой и подобная связь может быть не только у нас с тобой. — Сэм повернулся к ней. — Остальные рубежники так же могли быть связаны с кем-то настолько близко.
— Ты поэтому интересовался их ближайшим окружением?
Сэм усмехнулся и глянул в сторону, где минутой ранее ещё мелькала спина Лу.
— Поговорим нормально, раз уж наши предположения идут в одном направлении? — Эрис кивнула. — Я пытался анализировать их ближайшие контакты.
— И как?
— Да кто же вас, рубежников, разберёт. Ваши личные связи под запретом, но, если бы я отрабатывал тебя и знал о Лу, я бы первым делом решил, что вы с ней пара. Все факты просто кричат об этом.
— Но моя пара — ты, а не Хань. И до недавнего времени мы с тобой вообще не общались.
— Вот об этом я и говорю. Я изучал видео и фото с камер наблюдения — где их удалось достать, — пытался анализировать всех, кто на них засветился, в надежде, что там увижу хоть кого-нибудь, кто вызовет подозрение.
— Ты тоже думаешь, что рубежников могли убить такие, как ты? Те, к кому не применима рубежная сила, потому что они — предназначенные свыше?
— Похоже, что да. Других вариантов я пока не вижу. Кто ещё может подобраться к рубежникам настолько близко и причинить вред?
— Больше никто, — прошептала Эрис. — И если ты вдруг захочешь…
— Не захочу, — строго повысил голос Сэм. — Запомни это уже наконец. — Он схватил Эрис за руку и переплёл с ней пальцы. — Я никогда не сделаю тебе ничего плохого.
— Но ты можешь.
— Могу, — согласился Сэм. — Только иметь возможность и воспользоваться ею — две разные вещи.
— И кто-то этой возможностью всё же воспользовался. Почему? — Эрис перевела взгляд с их рук на Сэма. — Что бы тебя заставило пойти на такое?
— Меня? — удивился мужчина. — Ничего. Я бы скорее отрубил себе руку, нежели поднял её на тебя.
— А эти люди переступили через свои принципы, и, значит, ими что-то двигало.
— Или кто-то, — задумчиво предположил Сэм. — Кто-то, кому выгодна смерть рубежников, и кто знал, что каждому из них в этом мире предназначена пара.
— Такое вообще возможно? — Мужчина неопределённо повёл плечом. — Хорошо, допустим, наши предположения верны.Тогда остаётся открытым вопрос — почему я не попала под общую раздачу. Если избавлялись от всех, с какой целью оставили в живых меня? Недоработка или так было задумано? И если задумано, то что дальше? Чего я не вижу и не чувствую? Будто против меня ничего и не задумывалось. — Эрис тяжело вздохнула и съехала на сиденье ниже, уткнувшись взглядом в обивку на потолке.
— Вот и будем выяснять. Впереди у нас визиты к элементалям и магам, но я предлагаю опять пройтись по близким друзьям покойных. Ты могла случайно знать кого-нибудь из них. А учитывая, как Андерсен ревностно прикрывает твою дружбу с Лу, он также может владеть определённой информацией.
Эрис неосознанно погладила большим пальцем фалангу указательного пальца Сэма и повернула голову, вымученно посмотрев на мужчину:
— Что же я за рубежница такая? Как у меня вообще ещё не отобрали силу?
Сэм обхватил ладонь девушки обеими руками и поднёс к губам, поцеловав её.
— Мы найдем виновников преступления.
— И я сотру их в порошок, — пообещала Эрис.
Глава 17.
Сэм отвлёкся на счастливый детский смех и сделал глоток вина. На улице стояла неимоверная жара, но на территории особняка ненавязчиво дул лёгкий бриз, приятно пробираясь под лёгкую цветастую рубашку. Наблюдая за тем, как в стороне собравшиеся в круг дети перекидывали друг другу небольшой шар ветра, при этом даже не касаясь его руками, Сэм невольно улыбнулся. Шар приблизился к самому младшему ребенку — лет семи — и почти упал на землю под огорчёнными взглядами, готовый распасться, но внезапно вновь взмыл ввысь, изнутри играя разноцветными молниями. Дети радостно закричали и захлопали в ладоши, протягивая руки вверх, и шар опустился на их уровень, перекатываясь в воздухе.