– Да уж… А почему айфон в пакете? Вещдок?
– Так точно, принадлежит Биденко. Принадлежал. Вы же понимаете, что мобильник был смыслом её жизни? Она бы ни за что с ним не рассталась, даже под угрозой пыток.
– На что ты намекаешь? – Гена придвинулся ближе. – Машку ограбили?
– Это вряд ли. Девица бойкая, сама кого угодно ограбит и на бабки разведёт. Есть веские основания полагать, что Биденко убили.
– Ах! – Лена схватилась за сердце. – Кто? Когда?
– Имеется подозреваемый. Версия фантастическая, как и всё в Рубежном, но, тем не менее… – раскрыл тетрадь на странице с подвёрнутым уголком. – Послушайте, какая дичь! Волосы дыбом! «Коли хочешь ценности надёжно спрятать, плюнь в яму трижды и смело закапывай. Кладовик оскорбится, побрезгует и ни за что оплёванное к рукам не приберёт. Коли хочешь обмен совершить, сокровища заполучить, приведи юнцов к оврагу, поросшему крапивой, что у восточного берега озера, постучи по засохшей осине и произнеси: “Тебе души молодые, мне горы золотые, тебе костомахи, мне платья да рубахи”. Могильщик порадуется свежатине и златом поделится».
– Фу-у-у! – Гена поперхнулся. – Свежатине? В смысле?
– Человечине, ясен пень! Слушайте дальше. «Хозяева лесов, болот, домов и колодцев не любят изувеченные жертвы. Посему удави верёвкой, либо огрей обухом топора по темечку, либо аккуратно заколи. На куски не кромсай, голову не отсекай».
– Же-е-есть! Что за лютый сектант наваял данный опус?
– Баба Марфа, кто же ещё?
– Да ладно! Не может быть! Зачем Васильевне детально описывать процесс ритуального убийства? Она же добрая знахарка!
– Получается, что не очень добрая. Зачем – хороший вопрос.
– Не очень добрая и вполне себе живая? Вот это поворот! Думаешь, баба Марфа грохнула Машку из мести? Адюльтер, расстроенная свадьба, все дела… Ну да, конечно, у неё мотив!
– У неё паралич со вчерашнего, так что сомневаюсь. Скорее, научила кое-кого.
– Кого? Не тяни, дядь Слав! У меня слабый ЖКТ, психосоматическая диарея вот-вот разопрёт.
– Что?
– Обсирашка, блин!
– Да погоди ты с поносом, я не все факты изложил. Сосредоточимся на главном. Вы помните, как по весне понаехали туристы? Ты, Семён, ещё радовался, что работы прибавилось, мол, пашешь в две смены.
– Помню, как же! – Семён налил гранчак до краёв. – Работал, как папа Карло, допоздна.
– Так вот, кто-то сплетни распустил, что не на шашлыки туристы повадились, а якобы секрет местный пронюхали, клад старинный искали, да без толку. Бабы шептались, что пропали городские все до единого, но я-то без заявления не мог начать расследование. Забил тревогу официально, когда иномарку беспризорную за остановкой обнаружил.
– Да, точно! На майские праздники, – подтвердил Гена. – И что?
– А ничего! От начальства помощи не дождёшься – ни оперативников, ни спасателей, вообще ни хрена, одна бумажная волокита. Пришлось самому лес прочёсывать. Пару недель помотался, а сегодня прям накатило… Короче, психанул, даже рапорт на увольнение решил написать, взял велосипед, ласточка ж не заводится, двинул в Свободное, смотрю – маршрутка пустая стоит, чемоданы сгоревшие валяются, уазик Миронов кровищей вымазан. Ну, думаю, беда приключилась. Обследовал территорию, заметил примятую траву подальше от кладбищенской тропы, поблукал немного и набрёл на искомый овраг у озера.
– А там сатанинское капище? – Гена закурил.
– Судя по вони, что-то похуже. Проверять не стал: темно, как в заднице, бурьян по пояс, без ветра колышется и шипит, и земля такая гадкая, жирная, знаете… Будто пережёванная кем-то. Машкину мобилку случайно нашёл. Повезло.
– Ужас!
– Не то слово! Пробрало до мурашек. Вернулся скорее в деревню, узнал от кумушек на лавке, что никто не видел Чернова и Биденко с обеда, пошерстил у Величек, изъял записки, наведался к Мирону и, само собой, не застал касатика дома.
– Э! Мирон ни при чём! – Семён поднял красные глаза. – Ручаюсь за кореша, не губил девку. Клаве пальцы отрубило случайно, по дурости.
– Вот и разберёмся завтра, что к чему, – Слава надел фуражку. – Передай Чернову, что жду его в отделении. Лена, спасибо за чай.
– Мне тоже пора, – водитель встал, покачиваясь. – Насчёт завтра не обещаю. Протрезвею, подамся на заработки в Свободное или в Зарянск. Как карта ляжет. Ну, счастливо! – прихватил «Столичную» и скрылся во тьме, прощально звякнув колокольчиком.
«Глупый ты мент, Владислав Петрович, – ухмылялся, петляя по улице и стараясь держаться подальше от фонарей. – Сиди, жди хоть до синих веников. Единственный подозреваемый давно смылся и не докладывал, куда. Повезло тебе с мобилкой, но мне повезло гораздо больше: я умею пить, сколько ни залей – ни в одном глазу. Хреновый ты следак, Владислав Петрович! Век пожил, а не в курсе, что хорошая попойка лучше всякого допроса. Пьяные друзья много болтают. Что им стоит выболтать какой-нибудь ведьмин секрет? Брякнут и забудут, но я-то помню…»
Отворил калитку, выпрямился и бодро зашагал к гаражу, проскользнул за железную дверь, включил лампочку, вынул тяжёлый ящик с полки и откинул тряпки: сокровища приветливо подмигнули в тусклом свете.
«Жаль туристов, но сами виноваты, – заткнул топор за пояс и развязал охотничий рюкзак. – Мне даже стараться не пришлось. Ходили по краю, я лишь слегка подтолкнул, подсобил маленько кладовику. Тянет на приключения – выгребай огорчения».
Золотые монеты, перстни и жемчуга полились сверкающей рекой.