— Я знаю, звучит как бред, но ты бы его видела, Николь...
— У него были красные глаза, зубы и крылья как острие стрелы?
Адель возмущённо ахнула и кинула в подругу одну из своих любимых подушек.
— Как ты смеешь смеяться надо мной?
— Прости, — хихикая, Николь убрала подальше от себя подушку и поправила выбившиеся пряди за ухо, — просто я не могу это даже себе представить. Одно дело постоянно наблюдать за идитом, от которого за километр разит загадочностью, а другое пытаться представить себе ворона, который тебя преследует. Может быть это были совершенно разные птицы?
Адель уверенно покачала головой, вспоминая образ тёмного ворона.
— Нет, готова спорить на что угодно. Это одна и та же птица.
Николь залезла на кровать к Адель и крепко-крепко её обняла.
— Тогда нам нужен фоторобот! — серьёзным голосом произнесла Николь, сдерживая улыбку.
— Ты издеваешься, — заметила шатенка, но тоже мягко улыбнулась.
— Есть такое, — без зазрения совести ответила девушка, не размыкая рук, — но я говорю серьёзно. Если когда-нибудь в любой непонятной ситуации тебе понадобится моя помощь, знай, я всегда готова всем рискнуть. Даже бороться с птицами, знаешь ли.
— Ой, да иди ты, — Адель оттолкнула от себя подругу, искренне рассмеявшись, когда Николь не смогла удержать равновесие и упала на пуховое одеяло, буквально в нём утонув.
Возможно, если бы девушки были чуть повнимательнее, они бы заметили, что за ними, сидя на сухой ветке, пристально наблюдает чёрный ворон.
Глава 5. Адриан
Морозный воздух приятно холодил кожу Адриана. Луна ярко освещала его путь, предвещая нечто особенное. Изорванные в клочья облака окутали ночное небо, застилая собой яркие звезды. Еще одно напоминание о доме. Он с тоской вспоминает все рассветы, которые он встречал на крыше семейного дома с родителями и старшим братом. Тогда он многого не знал и был готов познавать этот мир с энтузиазмом, присущим ребёнку. Жаль, что люди со временем убили этого невинного мальчика, превратив его в ходячего мертвеца. Во всех смыслах.
Окутавшая его тишина, успокаивала. Шелест молодых листьев дарил ему покой и умиротворение, которых так не хватало в городской суете.
Спустя мучительно долгие минуты, он поднял голову, внимательно всматриваясь в темное небо. Ему с трудом удалось приметить небольшое пятно на горизонте, приближающееся к нему. Адриан довольно усмехнулся и поднял руку, ожидая, когда его ворон опустится на нее.
Он закрыл глаза, медленно сгорая от предвкушения. Наконец-то. Наконец-то его план осуществится.
Аарон, размахивая своими могучими крыльями, преодолел расстояние в считанные секунды и опустился на Адриана, наклонив голову, позволяя вампиру забрать из его клюва красный рубин.
— Я знал, что могу тебе доверять, — прошептал Адриан, зачарованно наблюдая за камнем, получив в ответ недовольный, громкий крик.
Ворон взлетел вверх, всем своим видом показывая, что разочарован его поступком, и тут же скрылся в ночи.
Но Адриан не ощущал себя виновным, напротив, он чувствовал лишь удовлетворение.
Все его мысли были затуманены ненавистью и злостью. Ему хотелось отомстить, заставить людей страдать. Он чувствовал, что должен был поквитаться с теми, кто отнял у него самое важное, что было в его жизни. И если он не мог уже отыскать убийц своей матери в этом мире, он был готов пойти на всё, чтобы отомстить той, кто по мнению Адриана, более чем причастна к этой трагедии. Та, кто так или иначе имеет отношение к смерти его родительницы. Та, чьи предки бессердечно разрушили его мир в прошлом. Ведь кулон, что находится сейчас в его руке, был когда-то жестоко отнят у его покойной матери и забран как трофей. Пришло время платить по счетам.
— Джексон, я знаю, что ты там, — Адриан повернулся к дереву, за которым, как он предполагал, прятался его младшим брат.
Блондин неуверенно выглянул из-за большой ели и вышел из своего укрытия, неловко топчась на месте. Выглядел Джексон не важно: взъерошенные волосы, круги под глазами и покусанные губы выдавали его беспокойное состояние. Он словно вновь стал человеком, с грузом ответственности и багажом волнения.
— Адриан...— он шумно выдохнул, наблюдая за кулоном в руке старшего парня.
— И давно ты стал следить за мной? — брюнет усмехнулся, переводя взгляд с ожерелья на брата.
— Ты хоть понимаешь, что он для нее значит?
— Ты смеешь её защищать? — не заметить ледяной тон в голосе брюнета было невозможно.
— Даже если твоя теория верна, она совершенно другой человек. Пожалуйста, давай вернём его?
— Он принадлежал моей матери! Нашей матери, если ты забыл, — голос Адриана прозвучал твёрдо, слишком громко для мёртвой тишины вокруг.