Они знакомы всего несколько недель, но иногда Адель кажется, что они знали его всю жизнь. Настолько легко он вписался в их маленькую компанию.
— Так лучше? — вопрос подруги напомнил шатенке, с какой целью они вообще забрались на трибуну.
Девушка неуверенно пожала плечами.
— Да, спасибо.
— Что-то не очень убедительно звучит, — поморщился Джексон, переглядываясь с Николь.
Адель тяжело выдохнула, чувствуя, как вина грызёт её изнутри.
— Простите, ребята, я никак не могу сосредоточиться, — она выпрямилась, наблюдая как один из игроков открыто нарушает правила, — знаете, вчера я снова искала кулон, — Адель прикусила язык, чуть не проболтавшись о том, что её поиски сопровождались безудержным плачем от обиды.
— И что? — с надеждой спросила блондинка.
— Ничего, — девушка покачала головой, — он исчез.
Джексон сложил руки в замок, а его взгляд неожиданно стал совсем потухшим. Он выглядел так, будто кто-то вычерпал из него всю энергию. Адель совсем не нравилось, что из-за неё страдают другие люди. Пропажа кулона — только её проблема.
— Как думаешь, он когда-нибудь станет адекватным? — они вдвоём оживились и с любопытством посмотрели на Николь. Девушка закатила глаза от того, что никто не обращал на неё внимания, и кивнула в сторону выхода.
Там, возле последней трибуны, в самом конце стадиона, сидел брат Джексона. Он нервно перебирал пальцами замок от куртки и наблюдал за их маленькой компанией. На мгновение взгляды Адриана и Адель встретились, и она почувствовала, как внутри всё немеет. Это странное чувство. В нём нет страха, нет обиды и боли. Но все-таки что-то в нём есть. Она не могла понять, что именно это за чувство, но была уверенна в его силе.
— У вас двоих всё нормально? — обеспокоенно поинтересовалась Николь, замечая странное поведение подруги.
— Да, — Адель откашлялась, понимая, что задержала взгляд на более длительное время, чем положено, — да, всё в порядке.
— О, я заметила, — прощебетала она, — вы ни на секунду не отвлеклись друг от друга. Я чего-то не знаю? — девушка тут же наклонилась к Джексону за спиной Адель, — учти, если он её обидит, я не посмотрю, что это твой брат.
Джексон покорно кивнул, застенчиво улыбаясь.
— Он не плохой. К нему просто нужно... Привыкнуть.
— Он просто ходячая, вечно чем-то недовольная торпеда, признай это наконец! — раздражённо отметила Николь, нагло разглядывая того, о ком сейчас ведётся разговор.
— Так было не всегда, — поспешил заверить нас друг.
— Что, кто-то смог разбить нашему ледяному мальчику сердце? Оно вообще у него есть?
— Николь! — возмущённо воскликнула Адель.
— Что? Умоляю, скажи, что ты не забыла, как он издевался над тобой все эти дни.
— Я не забыла, но так говорить тоже невежливо.
— Наша мать погибла, когда мы были совсем юными, — прервал спор Джексон, повышая голос.
Девушки замерли.
На лице Николь появилась тревога и отпечаток вины от осознания, какие именно слова произнес друг.
— Прости... Джексон, я не знала, — её голос стал тише, а в глазах появилось сочувствие, смешанное с болью.
— Ничего, ты права, вы не знали, — он поджал губы, о чём-то размышляя, — Нашему отцу пришлось пережить трудное время. Я до сих пор помню, как он оставлял нас дома и уходил, возвращаясь только под утро. Никто из нас не мог смириться с потерей. Он так любил её... Мы все любили её.
— Адриан... — взволнованно и неожиданно даже для самой себя произнесла девушка, чувствуя, как щеки начинают покалывать от излишнего внимания со стороны друзей, — Я имею ввиду, кажется, Адриан всё ещё тяжело справляется с этой трагедией.
Джексон кивнул, наблюдая за братом.
— Адриан тогда заболел. Он не разговаривал несколько месяцев, смерть мамы сильно на него повлияла. Отцу пришлось буквально вытаскивать его из комнаты.
— Это ужасно, — выдохнула Адель.
— Но он справился, — подметил Джексон, спрятав руки в карманы толстовки, — и я так горжусь им. Хотя возможно иногда он думает я не вижу этого, но он всё ещё очень по ней скучает.
Адель прикусила нижнюю губу, размышляя над словами друга и внимательно изучала взглядом Адриана, неудобно обустроившегося на ветхой скамье.
Она и представить себе не могла насколько они похожи.
***
— Я дома! — крикнула Адель, как только переступила порог жилища.
Неестественная тишина оглушила девушку. Было тихо. Очень тихо. Шатенка нахмурилась и сбросив сумку на пол, прошлась по жилым комнатам. Такое затишье случалось не часто и иногда пугало до глубины души.
Громкий шум из кухни застиг девушку врасплох. Она резко обернулась назад и поспешила на громкие ругательства, звучащие из уст старшего брата.