В комнату ворвался поток свежего воздуха через дверной проем. Алекс медленно вошел в комнату, едва слышно закрыл дверь и пройдя босыми ногами по холодному паркету, присел на край кровати. Его взгляд блуждал по тетрадям, ручкам и разноцветным карандашам, но резко остановился, когда перед его взором предстала семейная фотография, сделанная за несколько дней до катастрофы. Он поспешил опустить взгляд, но было поздно, глаза постепенно начали слезиться.
— Ты... ты что-то хотел? — Адель видела его мучения, но помочь не решалась. Она как никто другой его понимала, и знала, что порой лучшим лекарством являются облегчающие слезы. А учитывая, что ранее ей редко приходилось видеть брата в потерянном, полном раздрае состоянии, девушке приходилось только гадать о тяжести груза на его плечах.
— Меня снова вызывают на работу в ночную смену, — голос прозвучал немного выше, чем обычно, а потому Алекс поспешил откашляться, — Напарник заболел гриппом, заменить больше некем. Но ты ведь справишься, верно? Я имею ввиду...
— Я знаю о чем ты говоришь, — Адель повернулась к нему со скрещенными на груди руками, — и я знаю, что справлюсь. Но меня беспокоит твой график, ты работаешь сверхурочно несколько дней подряд.
— Адель...
— Алекс, ты ведь знаешь, к чему это может привести?
— Обещаю, как только мы накопим с тобой достаточно денег на лечение, я задумаюсь о смене работы, но пока приходится довольствоваться тем, что есть.
Карие глаза испепеляли взглядом молодого человека. Адель хотелось поспорить с этим утверждением, доказать свою правоту и не позволять больше Алексу гробить свое здоровье за копейки, но она знала, чем кончится их спор. Ее брат такой же упрямый, как и она сама, это досталось им двоим от родительницы, и только поэтому она уступает. Ее руки безвольно падают вдоль тела, а алые губы кривятся в подобие улыбки.
— Обещаешь?
— Обещаю, — тут же кивает он головой и улыбается той самой улыбкой, от которой у нее теплеет нутро. Улыбка. Она досталась ему от папы. Адель часто довольствовалась ей, когда отец учил ее читать, рисовать и петь национальные песенки.
Ей хотелось еще немного поговорить с ним, расспросить о делах и работе, и возможно она бы так и сделала, но в окно, с наружной стороны, кто-то врезался, из-за чего старенькое стекло в оконных рамах задребезжало.
Они переглянулись испуганными взглядами и Алекс, не теряя времени, поднялся на ноги, подошел к окну и раскрыл его настежь.
Ничего.
Только приятное дуновение ветерка, шелест листьев на деревьях и звуки ночных сверчков, затаившихся в сухой траве.
И все же, кое-что было.
На раме, прямо возле подоконника с двумя старыми царапинами, было несколько капель алой крови, а прямо в них, в маленькой лужице, лежало единственное иссиня-черное перо, принадлежащее крупной птице. Адель осторожно подошла к брату, осматривая место происшествия и медленно, волнуясь, потянулась за ним. На ощупь перо было мягким, гладким и немного скользящим. На твердом стержне остались следы крови, но Адель старалась не замечать их, с интересом рассматривая свою находку.
— Адель! — Алекс схватил ее за руку и перо, из-за большого нахлынувшего потока воздуха, мгновенно взвыло вверх и куда-то запропастилось, наверняка залетев за кровать или учебный стол, — птица может быть заражена. Пожалуйста, пойди и вымой руки.
— Я не ребенок... — девушка протестующе посмотрела на брата, но он был непреклонен.
— Адель! — рявкнул он.
Ей ничего не оставалось делать, как театрально вздохнуть и послушно кивнуть, после чего все же направиться в ванную комнату. Но перед тем, как выйти из своей комнаты, она еще раз оглянулась назад и готова была поспорить, что на ветвистой ветке, напротив ее окна, сидел крупный ворон, следивший за каждым ее движением. Она зажмурилась и спустя долгие три секунды снова открыла глаза, всматриваясь в уличную темноту, но на этот раз ничего подозрительного не обнаружила. На сухой, тонкой ветке не было ничего, кроме высохших из-за жары листьев.
Ворон исчез.
Будто его и не было.
***
Светлая комната навевала отнюдь не радостные эмоции, а предчувствие горя и неотложной смерти. Адель крепче сжала обивку кресла, в котором находилась, с испугом наблюдая за девушкой — ассистенткой.
Роуз — так звали её новую знакомую, внимательно изучала медицинские листы с анализами Адель и что-то подчёркивала в них карандашом.
Адель потерла руки друг о друга, поглядывая за проплывающими мимо кучевыми облаками в панорамном окне. Как бы ей хотелось вот так легко сбросить с себя все проблемы, тревоги и отправиться навстречу приключениям. Найти то место, в котором нет боли и страданий, построить свой собственный мир...