Маррилл откинулась на спинку стула, не в силах принять услышанное. Поиски Карты неожиданно переросли в нечто намного большее, чем шанс на возвращение домой. Либо она её найдёт, либо возвращаться будет попросту некуда. И ведь Серт уже доказал, что его путь – это путь разрушений. Она подумала о Болтливой Роще и о Листерии. Как бы страшно ей там ни было, как бы странно ни вёл себя Совет, то место было полно удивительной магии. Оно было уникальным даже по стандартам реки, чьи воды и так были чистой магией. И Серт уничтожит всё это и даже глазом не моргнёт.
– Но он тоже умрёт, разве нет? Если откроет Врата? – спросила она.
Ардент кивнул.
– Тогда зачем ему это делать? Какой ему резон? Почему он не может просто жить, пока Пиратская Река продолжает себе спокойно существовать?
– Сомневаюсь, что он над этим задумывается, – ответил Ардент.
Фин фыркнул.
– А почему бы и нет?
– Чтобы ответить на этот вопрос, – вздохнул Ардент, – вы должны понять, как работает разум безумца. – Раскинув в стороны руки, он попытался объяснить: – Давайте так. Магия – это как живое воображение. С ней всё возможно. Точно так же как вы можете представить себе события будущего, так и магия Пиратской Реки содержит в себе всевозможное будущее. Серт испил этой магии, и она наделила его знанием об одном из вероятных вариантов будущего. Но в понимании Серта оно и есть будущее, единственное возможное.
Маррилл, а следом за ней и Фин помотали головой.
– Я не понял, – признался он.
– Поздравляю, – сказал им Ардент. – Вы не безумны. – Он отошёл к одному из книжных шкафов и достал узкую длинную трубку. – Небольшая демонстрация не повредит.
Он вынул из какой-то корзины шарик и поднёс его к одному концу трубки, а другой направил на стол.
– Представьте, что вы – этот шарик, – сказал он. – Вы можете катиться только вперёд, верно? И вам кажется, что вы можете оказаться лишь в одном месте – на столе. – Шарик с шорохом покатился по трубке. – Но на самом деле это совершенно не обязательно, не так ли?
Внезапно он сложил трубку пополам, и шарик улетел в другой конец комнаты. Карнелиус мигом соскочил с колен Маррилл и погнался за ним.
– Разум Серта подобен этому шарику в трубке: он считает, что его путь вперёд – единственный.
В душе Маррилл забрезжила надежда.
– То есть он воспринимает Пророчество как своего рода руководство к действию и делает всё, что в нём говорится, пусть даже это закончится уничтожением Реки. А нам нельзя добыть где-то копию этого руководства и с её помощью попробовать его остановить?
Фин поднял руку, чтобы дать ей пять. Она было потянулась к нему, но Ардент помотал головой.
– К сожалению, пользы от этого будет не так много, как может показаться.
Он призывно взмахнул рукой. Дверца шкафа распахнулась, из неё выпрыгнул огромный фолиант и, ступая уголками обложки, захромал к ним. Достигнув стола, он запрыгал на месте в бесплотных попытках лечь на него. Маррилл хихикнула: книга напомнила ей жирную индейку, пытающуюся взлететь.
Наконец фолианту удалось заскочить на стол, и он раскрылся. От сухих страниц поднялось облачко пыли.
– Это, мои юные друзья, и есть Мерессианское пророчество.
– Всё это? – спросил Фин, озвучив недоверие Маррилл.
Книга была гигантской.
– О нет, – со смехом ответил Ардент. – Это лишь первый том, есть ещё несколько. К несчастью, точно так же как разум Серта подобен полке со страницами, так и каждая часть Пророчества напоминает мешанину из разрозненных страниц. Никакой связи между одной строчкой и следующей, ни единого шанса понять, что и когда должно произойти.
Волшебник пролистнул книгу, так быстро, что написанное слилось в сплошное чернильное пятно. Он остановился в самом конце, где внизу страницы были изображены большие врата. За изящно прорисованными прутьями виднелось стилизованное солнце с чёрными лучами.
– Конец – единственное, что не вызывает сомнений. – Ардент коснулся рисунка, и чернила под его пальцем будто потемнели. – Самая первая произнесённая Сертом строфа. Потерянное Солнце.
Глава 31. Пустошь в кристаллах и тенях
Фин рассматривал рисунок, пока Маррилл зачитывала первую строфу Пророчества: