Её мысли прервал вопль Колла:
– Держитесь за что-нибудь!
Маррилл бросилась к планширу и обхватила брус обеими руками.
Корабль накренился, едва не сойдя с курса. Впереди огромные ледяные скалы, отмечающие конец Кристаллотенистых Пустошей, быстро осыпались, перегораживая пролив.
– Нам не пройти! – закричала Маррилл.
– Ой, не преувеличивай, – укорил её Ардент.
Он вскинул руку в сторону оставшихся позади нагромождений льда. С оглушительным хрустом кусок льда минимум раза в четыре больше «Кракена» откололся и плюхнулся в полузамёрзшую Реку, подняв гигантскую волну, выше самой высокой мачты корабля. Она с рёвом понеслась судну вдогонку, угрожая разнести его в щепки.
Маррилл завизжала. Но Колл был наготове. Он раскрутил штурвал влево и приказал держать полные паруса. «Кракен» рванул вперёд, рассекая воду прямо перед самой волной.
И секундой позже они понеслись вперёд на небывалой скорости, так что замёрзшие буквы заскользили по палубе.
Скалы продолжали рушиться, но «Кракен» успел проскользнуть в узкий проём, лишь слегка оцарапав реями ледяные стены. Подгоняемые волной, они буквально выпрыгнули на Реку, как отскочивший от поверхности озера плоский камешек.
Но радоваться было рано. Потому что на них надвигалась тёмная буря, возможно, та самая, от которой они ушли в первый день пребывания Маррилл на Реке. И в этот раз избежать смертельно опасного шторма не представлялось возможным.
По небу быстро расползались чёрные тучи. Из них в Реку били извилистые молнии. А на границе непогоды, направляясь в самое сердце бури, мчался «Чёрный дракон».
С такого расстояния Маррилл могла разглядеть людей на его палубе. Серт стоял на носу, его ничего не стоило узнать по развивающимся тёмным одеждам. Отказуя, эту большую синюю глыбу, обёрнутую грузовой сетью и подвешенную в воздух, тоже было легко заметить.
Но у неё ушла секунда, чтобы найти самую маленькую фигуру, стоящую прямо перед Сертом в окружении вооружённых пиратов.
Фин!
У Маррилл скрутило живот.
– Он жив… Мы должны спасти его! – закричала она.
Ардент сощурился на «Дракона».
– Кажется, его обвязали чем-то вроде сети.
– Я не про Отказуя! Хотя его мы тоже можем спасти. Колл, сможешь их нагнать? – спросила она.
Кожу начало покалывать.
Вокруг них гудел штормовой ветер. Колл оценивающе поводил взглядом между кораблями.
– Возможно…
Его перебила молния, ударившая в мачту и осветившая небо разноцветным дождём из искр. Маррилл подпрыгнула, сердце заколотилось, будто это её поразило разрядом. Тучи над ними разошлись, будто челюсти гигантского чудовища, готового проглотить их целиком.
– Молния была красной, – предупредил Колл.
От Маррилл не укрылось, как он покосился на Ардента и как лоб волшебника сморщился.
– Железный корабль, – выдохнула Маррилл. Она вспомнила, как дрожал их капитан, когда они едва не попали в шторм в прошлый раз. Если Колл опасался Железного корабля, то ей впору было умирать от ужаса. – Ну, по крайней мере, Серт тоже его боится.
Ответ Колла был короток и резок:
– Это потому что он умён.
Маррилл сглотнула. Желудок стянул тугой узел тревоги. На её памяти Колл всегда управлял кораблём спокойно и уверенно, что в бурю, что в штормовой ветер, что в высоченные волны. Но сейчас его губы были плотно сжаты, жилы на шее натянуты.
Он вытянул руку.
– Вон он.
Маррилл проследила взглядом за его пальцем. По левому борту от них показался новый корабль, подобно которому ей ещё никогда не приходилось видеть. Судно быстро и целеустремлённо рассекало воду, двигаясь прямо на них. Его паруса были из серой кольчуги и едва различимы на фоне шторма. Корпус был чёрным и низко посаженным, с единственным мазком цвета в виде тянущейся чуть выше ватерлинии тёмно-красной полосой, будто незаживающая рана.
Издалека его экипаж напоминал тёмные пятна на фоне цельного куска металла. Они беспрестанно скользили по кораблю, эта армия теней. За исключением одного человека на носу. Хозяина судна.
Капитан Железного корабля стоял, широко расставив ноги для большей устойчивости против качки. Его всего с ног до головы покрывали железные доспехи, тускло-чёрные с блестящими краями. Одного взгляда на него хватило, чтобы Маррилл обуял страх.