– Давай знакомиться. Сергей Хорошев.
– Мне очень приятно.
– А уж как мне приятно встретить настоящего мужика! – усмехнулся полковник. – Сам видишь, какая здесь публика. Если пахнет жареным – сразу забиваются в норы.
– Так уж они воспитаны, – Юрий скривился от неожиданной и резкой боли в лодыжках. – Мне теперь куда?
– Отдохнешь маленько, а потом… Мы скоро встретимся для более обстоятельного разговора. Сейчас сажу тебе только одно: никто не понимает тебя так, как я.
– Почему?
– Я, Корнилов, когда-то был первым гастом, вышедшим на эту арену.
Полковник ушел. Рядом с Юрием нарисовался Егор.
– Ловко ты этого… Зверюгу. Мой респект. Пошли отсюда, не то напугаешь народ, когда станешь корчиться от боли. Действие лекарства, которое дал тебе наш добрый доктор, скоро закончится и когда это произойдет, тебе следует оказаться поближе к кровати.
Корнилов понимал, о чем говорил Егор. С каждой минутой он действительно чувствовал себя все хуже и хуже. Поэтому покорно поплелся вслед за охранником. Покидая бассейн, Юрий с удивлением заметил, что им больше никто не интересуется. Официанты быстро справились с беспорядком и вновь забегали между столиками со своими подносами. Публика заняла свои места. Седовласый музыкант вернулся к роялю и начал наигрывать какую-то мелодию. Праздник, прерванный досадным недоразумением, продолжился.
Егор помог окончательно обессилившему Юрию подняться по лестнице. Провел в одну из комнат, похожую на музей из-за обилия шикарной мебели, картин и тяжелых портьер с кистями. В центре ее располагалась кровать таких необъятных размеров, что на ней могло поместиться с десяток корниловых.
– Отдыхай. В шкафу – чистая одежда. Душ и туалет там.
– Ага…
Корнилов рухнул на кровать и прикрыл глаза. Он хотел только одного – спать. Однако Егор уходить не собирался.
– Давай, дружище, сразу устраним все недоразумения. Твоя победа в поединке еще ничего не значит. Тебе предстоит куда как более серьезное сражение. От него, а вовсе не от драчки с вараном будет зависеть твоя дальнейшая судьба. Помнишь даму, которую ты видел рядом со мной, когда пришел в Жуковку?
– Ага. Только я видел лишь голубой комбинезон да розовый респиратор в стразах.
– Неважно. Зовут ее Луша, а поскольку она была и остается лучшей подругой Умара тебе следует добиться ее расположения.
– И как это сделать?
– Завтра она придет сюда сама.
– Ого!
– Вот тебе и «ого». Забудь на время о своей гордости и постарайся понравиться Луше. Если выйдет – перед тобой будут открыты все двери. Не получится – сгниешь в бараке гастов.
– А ты, видать, хочешь на всякий случай заручиться моей дружбой. Если же потерплю фиаско прикуривать со мной не станешь. Правильно, Егор?
– В самую точку.
– Хорошо, я буду стараться изо всех сил, – пообещал Корнилов. – А сейчас оставь меня в покое. Извини, язык даже не ворочается.
Егор ничего не ответил. Раздался щелчок замка и по этому сигналу Юрий провалился в сон.
Обычно сновидения Корнилова выстраивались в определенную цепочку, но только не в эту ночь. Он был то мушкетером, скачущим куда-то во весь опор, то рыцарем в тяжелых доспехах, то ныряльщиком, пытавшимся отыскать на морском дне раковину с жемчужиной. Ни одно из начатых дел до конца так не довел. В конце концов, увидев идущую к нему Татьяну, смущенно думал, как объяснить свое фиаско. Однако девушка до него так и не добралась. Когда до встречи оставалось всего ничего, между Юрием и Татьяной появилось странное существо с мохнатым туловищем и шестью суставчатыми лапами.
– Беги! – завопил Юрий. – Это Паук!
– А я его ничуть не боюсь, – отвечала девушка. – Этот паук не кусается.
Корнилов проснулся в тот момент, когда собирался предупредить о том, что паук опасен. Некоторое время он сидел на своей огромной кровати тупо уставаясь на картину, изображавшую пирамиду и восходящее над желтыми песками солнце.
Размышлял о предстоящей встрече. Ничего конструктивного не придумал и решил идти в душ. Юрий считал, что изысками удивить его уже нельзя, но оказавшись в душе, ахнул от изумления. Стены и пол выложены чистенькой плиткой с пестрым орнаментом. Повсюду – хромированные, ничуть не потускневшие трубы. Сверкающий белизной унитаз. На стене зеркало высотой в человеческий рост. Рядом – раковина и стеклянная полочка над ней. Мыло, тюбик с зубной пастой, щетка, которой явно еще не пользовались и вполне приличная бритва. Чудеса да и только. Глядя на все это можно забыть, что ты в бункере, а на поверхности летают, ползают и бегают порожденные радиацией мутанты. Рублевка, она и в Африке Рублевка.