- Ной, готовься к обороне, парень! Собери своих братьев и сестер, которые остались в доме и убивай всех ублюдков на нашей земле! Никто не должен уйти живым, даже если за это придется заплатить нашими жизнями! Ты слышишь меня?! – Потом он перевел взгляд на Калеба. – Прикрывай меня, пока я вывожу отсюда Эбби и маму, Кэл.
Ной наблюдал, как Джед обошел стол и подошел к инвалидному креслу. Он был дезоеринтирован и оглушен происходящим. Парень видел, как Калеб плачет и бормочет, споря с Джедом, но не слышал их слов. Потом уставился на Эбигейл щенячьими глазами. Он не мог жить без нее и не позволит отцу забрать ее.
Ной схватил Эбигейл за руку. Девочка удивленно посмотрела на брата. Ей не нужно было ничего объяснять, она поняла его без слов. Они сорвались с места и выбежали через заднюю дверь с поднятыми руками, планируя сдаться полиции, а затем сбежать, когда представится возможность.
Откатывая инвалидное кресло от стола, Джед увидел, как его дети убегают и закричал им вслед, брызжа слюной в ярости:
- Ной, подлый ублюдок! Она была моей! Я позволил тебе...
Грохот распахивающейся двери, выбитой группой захвата, прервал его на полуслове. В дом влетела граната М84. Она пролетела через гостиную и откатилась на кухню. Все оцепенело в ужасе проследили за ней, застыв, как олени в свете фар, а затем она взорвалась.
Жасмин, как и остальные, была ослеплена электрошоковой гранатой. Перед глазами все побелело, и она на мгновение ослепла. Мгновение, показавшееся годами. Зрение медленно возвращалось, размытое и нечеткое. Однако, по крайней мере, она стала различать предметы в комнате.
Джед пытался тащить труп матери по полу, пошатываясь, как пьяный. Калеб сидя на коленях, удерживал мать за лодыжки и не давая брату забрать ее. Братья кричали друг на друга, играя в перетягивание каната с трупом матери, но Жасмин не слышала ни слова из-за звона в ушах. Оглушительный гул был болезненным, словно лопались барабанные перепонки.
Жасмин крепко зажмурилась и потрясла головой, пытаясь прийти в себя. Открыв глаза, она увидела обнаженного каннибала, бегущего по комнате. Он с рычанием проскочил через арку на кухне и набросился на спецназовца. Грохот выстрелов, показавшийся ей отдаленным и гулким, эхом разнесся по хижине.
Девушка с ошеломлением смотрела, как двое детей пробежали мимо арки. Их подбородки и шеи были в крови, как будто они только что кого-то загрызли.
Откуда, черт возьми, здесь дети? - подумала она.
Джед показал на детей, потом на окно. Его требования не были слышны среди хаоса, но жесты было легко прочитать – идите и сражайтесь. Выстрелы продолжали разноситься по дому. Стрельба велась и внутри дома, и снаружи. К симфонии хаоса присоединился звук детонации электрошоковых гранат в других комнатах.
Жасмин повернулась к Тони. Она быстро моргала, пытаясь осмыслить ситуацию. Для нее все это было сюрреалистично.
Тони наклонился ближе к девушке. Он уже полностью освободился от пут с помощью тесака. Тем же лезвием он разрезал веревки, опутывающие тело Жасмин. Мужчина перерезал их на руках и ногах. Ему оставалось только перерезать перевязь на животе и груди, чтобы освободить девушку.
Жасмин видела, как шевелятся губы Тони, но не слышала его. Его голос заглушал болезненный звон в ушах.
- Я... я не слышу тебя. Что ты... Проклятье, что ты говоришь, Тони? – спросила девушка, но и своих слов тоже не услышала.
Веревки затрещали и упали на пол. Тони вскочил на свою здоровую ногу, поднявшись со стула. Он покачнулся и упал на столешницу, когда пытался поднять Жасмин. Девушка едва могла стоять из-за воздействия оглушающей гранаты. Ноги дрожали, ее тошнило, как будто она была в стельку пьяна. Зато она наконец-то смогла услышать Тони.
Опираясь на столешницу, Тони кричал:
- Уходи отсюда! Беги! - Жасмин растерянно покачивалась. Тони подтолкнул ее к двери кухни и крикнул: - Беги! Выбегай с поднятыми руками! Пусть они знают, что ты жертва! Беги! Спасайся!
Жасмин была дезориентирована. Оглушающая граната вызвала у нее физическое недомогание. Однако мысль о том, что ей придется бежать из хижины без Тони, заставила ее почувствовать себя еще хуже. Ей представилась возможность спастись, покинуть эту хижину, полную людоедов, но она не могла бросить Тони.
Вздрагивая от каждого выстрела, Жасмин прижималась ближе к другу отца и кричала:
- Я не могу! Это... Это все моя вина! Эмили, Мэтью, Диего, моя мама... все. Они все мертвы из-за меня. Я не могу уйти без тебя. Я не хочу потерять и тебя.