Лана больше не боялась ринга, ведь мозгоед побеждал любого ксенозверя, хотя теперь противники попадались серьёзные, и он получал ранения, отчего морда, шея, грудь и бока зверя покрылись шрамами. С каждым боем он приобретал новый опыт и осваивал новые приёмы, которые, очевидно, запоминал, а после использовал в новых боях. Порой Лане казалось, что зверь чертовски умён. Всякий раз она выходила на арену всё спокойнее, уверенная в себе и в нём. Тем временем, в ящике комода собралась "подушка" — янтарные побрякушки и три зарплаты смотрителя. Вытянуть бы документы и убраться куда подальше. Но как быть с Серым? Его в мир не возьмёшь. И Лана жила, как живётся.
— Почему ты не поставишь вокруг двора забор под напряжением? — спросила она Шульгу однажды, выгуливая зверя на шлее.
— Был стандартный, когда я фабрику купил, так мы сняли.
— А зачем?
— Кто из парней с вырубки придёт, кто из лесу пешком притащится, от озера, добычу разными дорогами везут, — пояснил он. — Если рогача в поле взяли, так что им, объезжать? А если ранен кто и срочно капсула нужна?
Серый подпрыгнул, зацепился хвостом за ручку внедорожника и повис, обнюхивая кузов. Шульга рассмеялся:
— Чует, что в этой тачке с утра корову привезли!
— Ко мне на станцию однажды здоровенная змея заползла, — заметила Лана.
— Твой красавец её, конечно, уделал.
— Наоборот, чуть не погиб. Я сама её лопатой зарубила. С пожарного щитка.
— Не ссы, у нас капканы по периметру. Потому и прошу чемпиона со шлеи не отпускать. Кстати, в субботу бой.
— Рано! — возмутилась Лана.
— Он в полной норме. На бой приедет жена, хочет посмотреть чемпиона и с тобой познакомиться..
Сразу стало тревожно и как-то неловко.
— Ну и как мне на неё смотреть? — угрюмо спросила она. — Зачем ей со мной знакомиться?
— Да запросто, смотришь, а сама думаешь — а я с твоим мужем спала! А-ха-ха!!! — Шульга приобнял её за талию.
— Иди к чёрту, — Лана сердито стряхнула его руку.
Серый как раз сделал свои дела, и она повела его в колыбу. Поиграет в комнате.
"Нет, надо с этим заканчивать" — в который раз подумала с досадой. Но, как на зло, дело затягивалось, проблема была не только в отсутствии обещанных документов. Лана, кажется, запала. Потому что теперь непроизвольно искала Алексея взглядом везде, где была сама, даже если знала, что его в колыбе нет.
Какие только идиоты не выходили на ринг. Однажды попался Осёл с ручным своим Шреком, зелёным и толстым зверем с тонкими ушками. В родне у Шрека, кажется, были крокодилы с черепахами, спину и бока покрывали роговые пластины, выглядел он солидно, но подвижности не доставало. Лане стало жаль хозяина с первой минуты. И оттого, что симпатичный, по-своему занятный Шрек был обречён, и оттого, что хозяин потел в идиотском аниматорском костюме ослика. Когда бой подошёл к логичному завершению, Ослик снял отстежную голову и заплакал. Внутри оказался молодой толстый парень, ему едва ли исполнилось восемнадцать. Лана не выдержала и обняла Ослика, тот тоже её обнял, уткнулся в сиськи и зарыдал в голосину. От этой сцены зрители растрогались и забросали ринг янтарём, который Лана собрала и отдала толстому парню.
— Купи себе нового зверя, — сказала, — и больше не дури с боями. Знаешь, как бы я хотела никогда в них не участвовать? Но обстоятельства вынуждают.
Ослик кивал, размазывая слёзы по лицу одной рукой, а другой рассовывал по карманам украшения.
В субботу, кроме жены Алексея, на бой явилась идиотка сразу с двумя ксеносвиньями, зубастыми, клыкастыми и невероятно подвижными. Минипигами, как пояснил один из охотников встревоженной Лане. В янтарном мире водились и другие пиги: огромные, свирепые вепри, но тех никто не держал, справиться с ними не представлялось возможным.
До сих пор Лана думала, что в мужской ойкумене ринга она единственная дура в декольтированном платье и с протёкшим сундуком, но оказалось, что даже тут гордиться нечем: нашлась дура похлеще. Женщина на последних сроках беременности подбадривала пигов самым странным образом, стоя на коленях и дико крича. Лана боялась, что на нервной почве та родит прямо на ринге, но, к счастью, обошлось, в финале пришёл мрачный мужик и увёл её под руки. Лана стала собирать янтарь, она хотела попросить охотников догнать беременную и отдать янтарь ей, но, к несчастью, позвал Шульга, вип-ложу которого она весь бой старательно избегала взглядом.
— Красавицы, знакомьтесь, — сказал он и сразу ушёл с очередным каким-то господином.
Лана обомлела.
— Здравствуйте, — сказала затем с самой доброжелательной и естественной улыбкой, на которую способен растерянный человек.