В шкафах и висящих внутри и снаружи них вещах не обнаружилось ничего противозаконного, равно как и возле стола. Глядя на коллег, Ибарра всё яснее ощущал, что ему абсолютно точно не хочется иметь ничего общего с подобными специальностями, и что служба при штабе привлекает его всё больше и больше… И уж точно у него нет ни малейшего желания даже притрагиваться ко всем этим тряпкам, которые они столь деловито прощупывают. Пример Синклера, мечтавшего возглавлять штурмовую группу, а вместо этого тискавшего грязные дельтовские шмотки, показался вдруг ему особенно наглядным доказательством того, как важно соблюдать все, даже кажущиеся совершенно дурацкими, пункты стажировки — лишь бы доказать, что он достоин того места, на которое претендует…
После завершения работ со шкафами «церберёныш» полез под нары, вереща оттуда что-то на своем электронном языке. И вдруг затих. Щёлкнув и возбуждённо застрекотав, тварюга высунулась наружу.
— Похоже, малыш что-то нашёл, — торжественно объявил Тхон. — Ну что, Рик, не хочешь проверить?
Ибарра, осторожно склонившись, заглянул под нары.
— Да вы чего, офонарели? Там срач внизу, разве что крысы не бегают!
— Это ничего, это сейчас решим! — Синклер сдёрнул с нар первое попавшееся одеяло и закинул его вниз. — Так лучше?
Тхон без комментариев протянул коллеге фонарик.
Рикардо обречённо полез по жирной, покрытой пятнами ткани, клятвенно обещая себе не только долгий старательный душ, но и внеочередную стирку всего надетого на него комплекта… И дезинфекцию ещё, на всякий случай…
Уткнувшись в стену, он недоуменно постучал по ней ногтем. Ничего особенного. И с чего это робот стойку выдал?
— Не знаю, тут ничего нет, — сказал он.
— Простучи по периметру, — посоветовал Тхон.
Хмыкнув, Ибарра пощёлкал сгибом пальца по железу. Один из углов листа отозвался вдруг тихим дребезгом. Неловко изогнувшись, Рикардо потянул за отставший от стены угол, и весь лист послушно отошёл в сторону.
За листом оказался канал воздуховода, пыльный и пустой, если не считать прикрученной к какому-то болтику чуть выше тонкой проволочки, уходящей вниз. Ибарра осторожно вытянул все её три метра, но на конце проволоки была лишь пустая петля.
— А что там внизу? — спросил он.
— Какая-то каптёрка, — отозвался Тхон. — Что нашёл?
— Да ничего особенного. Я вылезаю?
— Нет. Ещё вправо на два метра. Дроид подозревает.
В подтверждение его слов забравшийся вслед за ним «церберёныш» заверещал справа, ткнувшись пару раз мордой в стену. Вслед за тем под нары прилетела ещё пара одеял.
Ибарра полез к роботу, старательно огибая пятно засохшей крови на одном из одеял. Что, Синклер не видел, что за дрянь ему сюда закидывает? Или у них подобная мерзость в порядке вещей?
Во второй подозрительной точке также оказался вентиляционный канал, и кожух его столь же легко отошёл в сторону. Внутри канала оказался небольшой уступ, на котором стояло пять литровых пластиковых бутылей с широким горлом, заполненных какой-то мутной дрянью. Чтобы не таскаться с каждой по отдельности, Ибарра сложил их на одеяло, а затем, выбравшись наружу, вытянул все бутыли за собой вместе с тканью.
— Ну что же, поздравляю с находкой, — поморщился Синклер.
— А что, тут есть, с чем поздравлять? — поднявшись, Ибарра взялся за одну из бутылок.
Под испытующими взглядами коллег он медленно скрутил с неё крышку. Затем осторожно, словно это был какой-то опасный реактив, нюхнул — просто помахав в свою сторону ладонью от горлышка. Кто знает, что тут эти работяги мутят? Вдруг это, действительно, опасно?
И тут его едва не стошнило — мутная жижа остро пахла едкой прокисшей рвотой, чем-то резким, что и описать-то нереально, выворачивающим желудок, мутящим сознание… Дыхание перехватило.
— Что это за дерьмо?.. — с отвращением прохрипел он.
Синклер взял у него бутылку, понюхал. Болтанул содержимое, отчего запах вдруг усилился, волной докатившись до Рикардо, вновь вызывая рвотные спазмы.