В душе его волной нарастала бесконечная, затмевающая рассудок грусть, он чувствовал, как сквозь заполнившее комнатёнку мерзкое зловоние проступает запах её духов — манящий, тонкий, но в то же время какой-то дерзкий. Руки сами собой тянулись погладить её, утешить, приласкать — пусть даже после смерти подтвердив ей своё обожание…
Чёрт! Вагнер отшагнул назад, с трудом оторвав взгляд от её кожи, таинственным образом совмещающей сейчас загар и смертельную бледность. Неудивительно, что эти твари так на неё набросились, тут как бы самому по их стопам не пойти…
Осознав вдруг, что за мысль посетила его только что, он вздрогнул — и ведь это была не просто мысль, это было желание, буквально поглотившее его на какой-то миг! Он сделал ещё шаг назад, огляделся — вот, прямо у входа на тумбочке лежит небрежно сложенное тонюсенькое одеяльце. Сойдёт. Повесив автомат на плечо, он взялся за одеяло, и вновь направился к Паоле. Но, едва он сделал шаг в её сторону, как волна вожделения вновь захлестнула его… На этот раз столь мощная, что разум его на какой-то миг отключился, заскользив по мокрому гладкому льду в чёрную промоину беспамятства…
С криком он выскочил из комнатки, и лишь вспышка боли в ноге от столкновения с пультом рассеяла жуткий дурман. Всё же его подозрения о каких-то особых феромонах, которыми была начинена помощница Мицуи, оказались правдой! Повреждение её тела, а может быть, испытанный ею перед смертью страх или шок, заставили её выбросить столь мощный шквал аттрактантов, что её тело превратилось теперь в самую настоящую «ловушку для самцов».
Тяжело дыша, смотрел он на приближающуюся к нему спустившуюся с галереи Софи Морель. Та шла осторожно, держа парализатор наготове (о, так это же мой подарок Каори! — отметил Вагнер), и видя её, уцелевшие гражданские осторожно высовывали головы из-за пультов. Подумать только, мелькнуло у него в голове, да ведь Софи — второе за сегодня воплощение «мгновенной кармы»! Не отпусти он её тогда со второй Аномалии — никто б не спас его сейчас…
— Где она? — спросила Софи, глядя на него непривычно жёстко.
Надо же, какие неприятные интонации у неё в голосе — испытания последних часов явно сказались на ней не лучшим образом… Впрочем, эта её привязанность к зверюшке-полукровке хоть и умиляет, но выглядит несколько неуместной для взрослой беты.
— Не надо волноваться, дорогая… — ответил он как можно мягче. — Сейчас вы её увидите. Сразу двух, для пущего эффекта.
— А там? — Софи попыталась заглянуть мимо него, в только что оставленную им комнату отдыха.
— Нет, не надо туда смотреть! — Вагнер упреждающе выставил руку, силясь оградить её от непотребного зрелища, но Софи, зло зыркнув на него, отпихнула его руку и прошла мимо.
Да уж — эта копия Морель явно не чета той, что заперта сейчас в изоляторе… Дерзкая какая, а ведь ещё вчера такой няшей была… Впрочем, желудок у неё крепче не стал, отметил Вагнер, глядя, как заглянувшая в открытую дверь Софи отшатнулась, схватилась за горло и, скрючившись, бросилась к выходу из зала. Давай-давай, девочка, там тебя ещё и продолжение истории ждёт…
Надо сказать, что продолжение истории было для Софи явно позитивным — она не только не схлопотала пулю от подоспевшей вскоре Берты, но и встретилась-таки со своей подопечной (сразу с двумя, как и обещал Вагнер). Более того, именно сопровождаемые Бертой Спуки, синхронно бросившиеся обниматься со своей хозяйкой, и заставили ту умилённо опустить оружие.
— Берта, вы, похоже, очень вовремя, — встретил её, прихрамывая навстречу, Вагнер. — Можете сделать ещё кое-что?.. Накройте, пожалуйста тело госпожи Серра. Она… там.
Мотнув головой в направлении комнаты отдыха, он протянул ей скомканное одеяло.
Берта удивленно глянула на него, словно вопрошая, почему он не сделал этого сам.
— Я… не могу... — голос Вагнера дрогнул.
В любом случае — приказ есть приказ, и Берта, молча взяв из его рук одеяло, зашагала к дверям. Заглянув вовнутрь, она содрогнулась — крошечное помещение было битком набито полуголыми трупами. Вообще-то тут надо всех накрывать, подумала она. Но сперва, конечно, Паолу…
Бедняжка Паола! Хоть она и не особо-то её привечала, но всё равно — ни одна женщина не заслуживает такой ужасной смерти… И несчастный господин Вагнер… он тоже не заслуживает таких тяжёлых переживаний. Что он пытается от неё скрыть? За милю понятно, что он безнадёжно влюблен в эту бездушную куклу…
На ходу расправляя одеяло, Берта сделала ещё шаг вглубь помещения, опасливо поглядывая себе под ноги — не влезть бы в лужу крови… Замерев на секунду, она задумчиво оглядела истерзанное тело Паолы, распростёртое по чайному столику.